Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

УК

Было это летом 98-го. Я в гордом одиночестве рулил из Москвы в Магнитогорск.
Весь провиант, кроме кусочка сала, закончился, а вокруг, как назло, ни одного магазинчика или кафешки.
Голод заставил свернуть куда-то с трассы, в поисках деревушки с сельмагом.
Километров через десять, нашел. Выскочил я из машины и подергал запертую дверь магазинчика.
Рядом на лавочках улыбались старушки и открыто хихикала курящая компания пятнадцатилетних ребятишек.
Как обычно бывает в таких компаниях - парни изо всех сил выпендривались перед девушками, а девушки только и думали – с каких ракурсов они выглядят более выигрышно.

Хихикали они надо мной, не стесняясь обсуждать вслух:

- А все, закрыто уже, кто не успел – тот опоздал. Вот ведь клоун.

Стало обидновато, но, в конце концов, не бить же их.

Я устало вздохнул и трезво оценил себя со стороны: небритый мужик в цветастых шортах с пальмами, кеды на босу ногу, майка на животе разорвана ( на заправке под Уфой закусил дверью и не сразу это заметил) да и машина у меня вполне клоунская – «Таврия». Ну да, по здешним меркам, клоун и есть.
А вот молодежь, в отличие от меня, была одета с турецко-китайской иголочки: джинсы-варенки, блузки, шпильки, стразы, высокие прически, духи на всю деревню. Это был их выход в высший свет. А тут такая удача, и высший свет и заезжий цирк заодно.
Местные модники со старушками продолжали меня разглядывать и обсуждать:

- И откуда к нам пожаловало такое чудо? Цирк зажигает огни?
- Номера у него Московские. Столичный цирк приехал и клоуны приехали.
- Его, глядите, собаки драли, он видно плохо их кормил и дрессировал.
- А в Москве все такие циркачи, одного теперь не хватает.

Вступать в полемику я совсем не собирался, сел в машину, хотел было ехать дальше, как вдруг, запиликал телефон. Да, да, у меня тогда уже был телефон, пока, правда, один на двоих с женой и находился он у того кто в пути. В пути был я.
Звонила жена, она очень переживала, но ответить на звонок не получалось, мощности трубки не хватало, ведь сотовых вышек тогда было по пару штук на губернию.
Я быстро вскарабкался прямо на свою многострадальную «Таврю», расставил пошире ноги, чтобы не продавить крышу и задрал телефон к небу.  В таком положении и  стал дозваниваться жене.
Уважаемая публика, глядя на меня, просто покатывалась со смеху:

- На манеже новый-русский, акробат-телефонист.
- Ща он   сальто сделает, чтобы еще выше было.

Наконец я дозвонился – Але! Але!

Смех только усилился:

- Позвони мне, позвони.

- Але, Шура, я жив и здоров, пока не доехал, в Набережных-Челнах подзадержался слегка, но уже скоро, не волнуйся…Да, да, все нормально. В любой момент могу прерваться, не удивляйся…свернул тут хлеба купить, но не успел, магазин закрылся…да откуда ж я знаю – где я сейчас? … Ну, вот так. Я в такой глубокой жопе, у которой даже названия нет. Все, целую, пока.
Я начал медленно спускаться с крыши и даже удивился тишине. Публика погрузилась в глубокое раздумье.
Я осознал, что сболтнул лишнего и мне стало очень стыдно. Одна девушка, обращаясь ко мне, обиженно сказала:
- Ук.
- А?
- У нашего поселка есть название -Ук!
- Это как уголовный кодекс?
- Да.
- А полностью он как называется?
- Так и называется, Ук.

Тут уж я начал выкручиваться:
- Ах, Ук? Ну, конечно! Мне еще в Казани люди говорили – Тебе главное доехать до Ука, а там до Челябинска рукой подать.

Публика оживилась и повеселела:
- Ну вот, это Ук и есть.
- Ну, слава Богу, я добрался.

Старушка наказала мне маленько обождать, пошепталась с парнем, тот куда-то сбегал и, минуты через две, принес высокую буханку свежайшего, домашнего хлеба. От денег бабуля отказалась наотрез и я задарил пареньку маленький компас-брелок.
Вечерело. Сало с хлебом придало мне уверенности в завтрашнем дне. Я ехал в Челябинск и, чтобы не уснуть, с большим чувством орал  детскую песенку: «Поделись улыбкою своей, и она к тебе не раз еще вернется…»

ЭТАЛОННАЯ ЗОЛУШКА

В любой профессии есть свой недостижимый эталонный профессионал. Далеко не каждый его встречал, для многих – это лишь теоретически возможный «конь в вакууме», но на то он и эталон.
А вот моему другу Сергею повезло, он своими глазами видел эталонного профи и даже говорил с ним. Пусть это была всего лишь уборщица из клинингово агентства, но все же, все же.
А дело было так – в одно прекрасное утро Серегина жена вызвала уборщицу, чтобы всю квартиру поставить на уши, сделать перестановку, помыть окна, вырастить сорок розовых кустов, отделить гречку от проса, ну, и так, по мелочи.
Сергей встретился с эталонной Золушкой в коридоре. Ничего особенного,  обычная на вид женщина под шестьдесят. Поздоровался и тут же убежал на работу.
   Наступил вечер. Уборщица все дела переделала, даже придирчивой жене Сергея не к чему было придраться. Хотя, как можно придраться к эталонной уборщице? Но, чтобы быть эталоном, совершенно недостаточно быть просто   Золушкой.
Когда женщина уже собралась, переоделась, и пора было прощаться, она сказала:

- Вы извините, я не могу не спросить, а все эти картины ваш муж нарисовал?
- Да, вот эти, эти акварели и графика на кухне, тоже его. А что?
- Мне очень, очень нравится. Ну, просто очень. Вы знаете, мой племянник тоже хорошо рисует, не так как ваш муж, конечно, но любит это дело и старается. Простите за наглость, а можно, мой племянник позвонит вашему мужу, проконсультируется кое в чем?
- Ну, в принципе, почему нет? Пожалуйста, записывайте номер, пусть позвонит.

На следующий день у Сергея зазвонил телефон:

- Здравствуйте, Сергей. Меня зовут Зоя, я вчера у вас уборку делала, жена дала ваш телефон.
- Ах, ну, да. Вы, кажется,  что-то хотели спросить для своего племянника?
- И да и нет. У меня, если честно вообще нет никакого племянника, только внук.
- (Сергей напрягся) Так чего же вы хотите?
- Извините, за эту маленькую хитрость, просто не хотела лезть в чужие семейные дела. Вернее - не хотела, поэтому и пошла на хитрость. Короче говоря, мы вчера с вашей женой передвигали кровать…

Сергея аж передернуло, как же он мог забыть, ведь к спинке кровати он шурупом прикрутил маленький пакетик, в котором была его заначка - аж полторы тысячи долларов. На новый велик копил, просто жена, просто по своей природе,  не готова к таким ценам на велосипеды.
Женщина продолжала:

- …И на спинке кровати были приделаны деньги. А по тому, как они были прицеплены, я сразу поняла, что это работа мужчины. Так вот, пока не видела ваша жена, я незаметно отцепила пакетик и спрятала его в большой комнате под картину с морем и корабликами.
Так что не волнуйтесь, ваш секрет остался только вашим секретом. Всего хорошего, Сергей, и простите за беспокойство…


Я думаю, что свой новый велик Сергей просто обязан назвать «Зоя».

СВЕТЛОЕ ПЯТНО

Посвящается Петру Семеновичу – настоящему учителю.

Далеко не каждому в жизни повезло повстречать настоящего учителя, но кому посчастливилось, тот будет помнить его до своего самого последнего «стакана воды».
   Зашли мы с женой в гости к Маше. Маша - довольно успешный художник, за ее полотна в Европе и Америке платят какие-то неприлично огромные деньги.
По всему дому на стенах развешано целое состояние – Машины картины.
Хожу, любуюсь, смотрю – в красивой раме явно детская работа, на ней  мужик в белой рубахе, а на груди у него какое-то зеленое пятно, то ли водоросли, то ли мох, то ли просто абстракция. Короче, странно как-то.
Спрашиваю:

- Маша, тоже ты рисовала?
- Да. Это наш любимый Петр Семенович - руководитель изостудии во Дворце пионеров.
- А че у него за зеленая хрень?
- Мне тогда было лет восемь, эту картину я рисовала на вступительном экзамене. Туда конкурс был как в Академию художеств. Все хотели учиться у Петра Семеновича.
Родители за дверью переживают, а мы сидим и рисуем. И не вазочку с яблочком, а сразу живого человека. Жуть.
Натурщиком выступил сам учитель, но мы его тогда  еще не знали и видели впервые в жизни. Четыре часа уже заканчивались, я ужасно нервничала,  торопилась, и вот, как-то неаккуратно потянулась, зацепилась баночкой за мольберт и опа… Зеленое пятно почти на полкартины.
Ничего уже исправить было нельзя, тихо сижу и плачу. Жизнь кончена.
Через некоторое время Петр Семенович заметил мои слезы, встал со стула, подошел, посмотрел на картину, молча взял баночку с зеленой краской и без всяких эмоций вылил себе на грудь.
Потом сел обратно и сказал: Друзья мои, обратите внимание – теперь у меня на рубашке вот такое красивое, зеленое пятно, если время позволяет, то тоже можете его нарисовать…

Маша улыбнулась и стала себе устраивать ладошками ветер в лицо, чтобы тушь не потекла…

ВОЛШЕБНОЕ СЛОВО

Пятидесятилетний Борис – наш постоянный художник декоратор. Да он и выглядит как художник декоратор: высокий, худющий очкарик в цветастом пальто, да еще и с серьгой в ухе. Теперь от его хитрой прически остался один только крысиный хвостик, но раньше, до того как Боря полысел, было на что полюбоваться.
А сегодня в курилке он рассказывал, как встретился со своей будущей женой Ларисой:
- Познакомились мы в театре, я ей свою очередь в буфете уступил. Слово за слово, после спектакля вызвался проводить до дома.
Оказалось что Лариса жила в такой отдаленной заднице, что без взвода автоматчиков соваться туда было опасновато, к тому же, на дворе самое начало 90-х. Зима, ночь.
Нормальные, человеческие  прохожие давно уже рассосались по домам.
Наш путь лежал через «трубу» - низкий и мрачный пешеходный переход под железной дорогой, но там, в темноте, под мостом, засела какая-то компания. Сколько человек – неизвестно, только слышен был «гур-гур» и сигаретные огоньки виднелись.
Как только Лариса почуяла компанию, сразу резко остановилась, грустно вздохнула и стала рассказывать, как нам обойти это место: полтора километра до станции, потом через мост и столько же обратно.
А куда деваться? Не соваться же прямо в волчье логово?
А я ей и говорю:

- Ларочка, может быть без меня вы и ходили вокруг - да около, но теперь вы с мужчиной, и я вас никому в обиду не дам, не бойтесь.
- Как так - не бойтесь? Борис, вы ведь даже не знаете – сколько там человек?
- Дайте вашу руку, Лариса, а теперь пойдемте вместе, как раз всех и пересчитаем.

Включил я вальяжную походку Бельмондо, и мы смело нырнули в трубу. Компания под мостом оказалась совсем не маленькая, человек восемь, а может и больше. Они пили вино, курили, я даже сигаретку у них стрельнул. Для понта. Пожелал всем удачи и мы спокойно пошли дальше.
Лариса была поражена, ведь она думала, что я простой «ботан» - очкарик, не более того, а я оказался настоящим Бельмондо…

Я не выдержал и прервал Бориса:

- Молодец, Боря, мужик, уважаю. Я, если честно, не пошел бы. Могли бы так накостылять, тем более что и место подходящее. Как это ты не забоялся?
- Очень правильный вопрос. Я и сам в жизни бы не пошел. Что я, самоубийца, что ли? Просто одно волшебное слово услышал. Зрение у меня не очень, зато слух хороший.
- Какое волшебное слово?
- Пока Лариса объясняла мне схему обхода, я, среди смешков и мата, из под моста, тихо, но отчетливо услышал, случайно сказанное,  волшебное слово - «Мейерхольд»…


ДЕМБЕЛЬ ВУРДАЛАКОВ

Пятеро наших дембелей, активно и очень изобретательно боролись со скукой и тоской по Родине, поэтому - мы – ребятишки помоложе, старались держаться подальше от их веселых аттракционов, ведь роли в этих забавах распределялись очень однобоко. Либо ты мишень в тире, либо сама пулька, а если совсем не повезет, то и призовой, плюшевый заяц…
Ничего нельзя с этим поделать – это природное явление.
Дембелей нужно просто пережить как проникающую радиацию или поход с ребенком на утренник первого января…

Но эти вели себя как-то излишне мерзко, даже для людей прослуживших 730 дней.

В тот день дембеля облюбовали автопарк.
Поначалу катались в кузове «Урала» и объявляли остановки: - «Наш скорый поезд прибывает в город Шахты (Воронеж, Куйбышев, Махачкалу, Ленинград и т.д.) Стоянка вечная!»
Потом бросались гранатами по немцам (Гранатами служила щебенка, а немцами – голуби и некоторые из нас, те кто сдуру попался на дороге «танка»

Перекур.
В автопарк, вдруг пришел свежий «плюшевый заяц» - художник из клуба и принес боевой листок.
Дембеля почитали, похихикали и сказали:
– Заяц… тьфу, боец, помоги отрегулировать холостые обороты.
- Так я не умею.
- Ты только болтик закрутишь и все.

Перед бампером зачем-то положили два дефицитных мата из спортзала. Обычно на них целыми днями спят водилы под машинами, только вместо одеяла, укрываются огромным гаечным ключом и когда проходящий офицер пинает спящие торчащие сапоги, то ноги без паузы начинают сипло шипеть - …А, сука! Заржавела! Тут нужно зубилом срубать… Кто там?

Художник стараясь не наступать на маты, влез на бампер и осторожно сунул голову в открытую пасть «Урала». Рядышком очутился один из дембелей, вручил отвертку и показал какую пимпочку нужно крутить по его команде.
Дембель прыгнул в кабину, завел движок, а художник с отверткой торчал из под капота в виде бквы «Л» и ждал.

   Фокус весь был как раз в пимпочке, и не столько в ней, сколько в ее расположении. Если дотянуться до нее, то ухо окажется как раз напротив раструба воздушного сигнала.
И конечно же он гуднул…
Солдатик дернулся как тряпичная кукла и слетел с машины вниз головой. Тут маты как раз и пригодились.
Дембеля были счастливы.
Но внезапно, сквозь всеобщий смех, послышался знакомый раскатистых гогот, и из тени пальм вышел Зорро в должности комбрига…
Полковник Ершов был мужиком справедливым, но таким лютым, что было бы правильнее сказать – справедливо-лютым.
Даже нарочито-вялые дембеля моментально превратились в добросовестных солдат, ждущих любого приказа командира.
Комбриг прогоготался и улыбаясь сказал:
- Вот молодцы, порадовали старика. Хорошая шутка. Солдат должен уметь и хорошо поработать и весело пошутить. Все правильно. Ну, как он смешно летел, я чуть не сдох…
Дембеля осторожно оскалились, а комбриг улыбаясь продолжил:
- Особенно хорошо вы с матами придумали. Если бы их не было, то гнить бы вам всем на гауптвахте и уволиться оттуда в последнюю партию. А так молодцы, подстелили…
Дембеля слегка напряглись, а полковник добавил:
- Пора вас потихоньку увольнять, а то изнываете тут от безделья.
Дембеля радостно загоготали: - спасибо товарищ полковник! Мы хоть сейчас!
Комбриг:
- Ладно, уволю, сегодня и начнем, только не всех и не сразу. Через десять минут построение на плацу возле казармы, форма одежды любая.
Затем он обратился к художнику трущему ухо:
- А ты, хлопец, принеси-ка мне из клуба кусочек мела.
Художник не услышал ни слова и громко переспросил:
- А!? Товарищ полковник. Что!?
- Мел принеси!
- А?!
- Мел!!!
Перепуганный бедняга все еще не мог прочитать по губам приказ комбрига.
Полковник потрепал солдатика по голове и сказал:
- Ничего не надо, иди отдыхай…

Через десять минут дембеля в радостном возбуждении уже построились на плацу.
Подошел комбриг, на шее у него болтался полевой бинокль, а в руке белел кусочек мела.
Полковник:
- Кто из вас смотрел кино Вий? Все смотрели? Молодцы. Тогда вот вам мел, нарисуйте трехметровый круг, вокруг этого грибка.

Грибком была старая, никогда не работающая сирена, асфальтового цвета, она служила только для сокрытия окурков.

Комбриг:
А теперь, товарищи упыри и вурдалаки, мы с вами сыграем в одну очень интересную и веселую игру под названием «дембель вурдалаков» Становитесь все внутрь круга. Молодцы.
Так, вас тут пятеро, правила простые – я махну рукой – игра началась. Кто покинет круг первым, тот уволится в Новый год. Кто вторым, тот, на неделю раньше и так далее… а кто продержится внутри круга дольше всех, тот уедет домой сегодня… Вопросы есть?

Дембеля встрепенулись и заволновались – «Сегодня?» «Как сегодня?» «Сейчас уже вечер»
Комбриг:
- Кто-нибудь сомневается в моем слове?
- Никак нет!
- Значит все согласны сыграть? Не переживайте – это не долго…

Согласились все.
Нас - остальных зевак, комбриг отослал метров на сто, в сторону спортгородка. Отошел и сам.
Потом ужасным голосом заорал: - Готовы!!!?
И махнул рукой в сторону штаба.
Внезапно оказалось, что старый, железный грибок, еще очень даже может…
Вой стоял такой, что и со ста метров, слышать было невыносимо, даже потные ладошки на ушах не особо помогали - вой раздирал не уши, а человека целиком.
Лабораторные черти и вурдалаки метались в меловом круге как ошпаренные, выскакивая по одному из игры зажав уши.
Комбриг наблюдал в бинокль, улыбался и загибал пальцы.
Удивительно долго держались двое последних. Уж очень им хотелось сегодня домой.
Хотя – «долго», понятие относительное. Все, от начала и до конца продолжалось минуты две с половиной, не дольше…
Когда вой стих, грустный победитель так и остался в круге, он ошарашено сидел на грибке, как фашист на своей разбитой пушке.
Уже через час, он надел парадку и ни с кем не попрощавшись, вышел из КПП.
Остальные дембеля вдрызг переругавшись, целыми днями слонялись по части, какие-то тихие, постаревшие и надломленные.
Куда только подевались их лихость и кураж…
Каждую неделю они по одному, незаметно выпадали, как зубы у дряхлого старика, пока в Новый Год, не выпал последний…

ТАЙНА

Первоклассница Валя шла в школу по пыльной дороге и душа ее пела.
Вчера она стала совсем взрослой, ведь родители посвятили девчушку в настоящую всамделишнюю тайну, да такую, что аж голова кружилась…
И не только посвятили, но даже вручили ножницы и доверили быть главной хозяйкой тайны.
Как же хочется поделиться с подружками, хотя бы с одной, самой близкой. Но нельзя.
Это такая тайна, от которой больше веет смертью, чем геройством…

Еще вчера Валин папа, как всегда раз в неделю сел за письменный стол, включил лампу и разложил перед собой накопившуюся кипу газет. Взял ножницы и стал аккуратно вырезать большие и маленькие портреты товарища Сталина.
Валя не спрашивала, зачем это нужно, потому что и так давно это знала, но ей вдруг в голову пришел простой и логичный вопрос:
- Папа, а куда ты потом деваешь все эти портреты?
Родители переглянулись, поговорили друг с другом одними глазами и отец ответил:
- Доча, скажу тебе, только по секрету – эти портреты мы собираем, а потом раз в месяц все до одного сдаем в милицию…
- Понятно, я так и думала. Завтра Зинке расскажу, вдруг ее мама не знает куда сдавать.

Родители опять посовещались взглядами и отец сказал:
- Доча, ты уже совсем взрослая, скоро будешь настоящей пионеркой, так что тебе уже можно доверить серьезное дело. Садись вместо меня и аккуратненько вырезай каждый портретик. Самое главное – не спеши. Перепроверяй все газеты, не дай Бог пропустить. Теперь от тебя зависит вся наша семья.
И вот что ты должна твердо запомнить – никогда и ни с кем не разговаривай об этом. Никогда и ни с кем. Даже с Зинкой. Поняла?
- Да, папа.
- А самый главный секрет – это то, что портреты товарища Сталина мы не носим в милицию и никто не носит. Просто закрываемся на ключ и сжигаем их в печке.
- Как в печке!? Товарища Сталина в печке!!!?
- Чтобы врагам не достались. Садись, вырезай доча и знай, что теперь наша жизнь в твоих руках. Никому ни полслова… Ты помнишь нашего соседа дядю Володю?
- Который уехал?
- А знаешь, почему он уехал?
- Почему?
- Потому, что был невнимательным и пропустил один портрет…


…Гордая Валя шла, а тайна так и распирала ее изнутри, уж очень тяжела была эта тайна для семилетней девочки.
И все же она удержала ее в себе, не подвела родителей, ни с кем не поделилась. А то, что рассказала мне, так это не в счет, ведь во-первых – теперь эта тайна уже никак не сможет навредить ее семье, а во вторых – ну почему бы Вале не поделиться со своим сыном и не рассказать, как специальные люди с фонариками, устраивали рейды по маленьким деревянным сортирам и зорко всматривались – а не висит ли у какой вражины на гвоздике, кусочек газеты с портретом товарища Сталина…?


ПОРТРЕТ

В 79-м, когда я заканчивал пятый класс, наших предков согнали на родительское собрание.
Ругали, хвалили, обсуждали годовые оценки и в самый разгар в дверь кабинета постучали. Вошел мужик с фотоаппаратом и предложил сварганить большой общий портрет класса, в рамочках, с фамилиями, все как положено и всего то за пять рублей с носа.
По родителям прокатился сдержанный ропот.
Поднялся мой отец и сказал:
- Большое Вам спасибо за отличную идею, но по пятерке будет крутовато. А поскольку я кинолюбитель и тоже занимаюсь фотографией, возьмусь сделать то же самое, но гораздо дешевле – бесплатно.
Всем родителям идея очень понравилась и фотограф-профессионал  быстро ретировался, с треском проиграв в конкурентной борьбе...
На следующий день в школу явился мой папа и несколько перемен отлавливал всех нас по одному, чтобы запечатлеть на свой старенький, но верный фотик «Кристалл». В один день не уложился, поскольку дядька он был скрупулезный и дотошный, да к тому же пришлось дожидаться заболевших и отсутствующих.
Вот уже весь класс, кроме одного человека окучен, пора бы браться и за печать. А тот один просто отказался, как-то ему в облом было тратить свою веселую перемену на скучную съемку, да и фотка к тому же бесплатная.
 Пятиклассники взрослые и довольно упрямые люди - если что решили, то сдвинуть  их с места непросто…
   
      Помню отец мужественно боролся с разными неожиданными техническими нескладушками – то наш увеличитель не поднимался на нужную высоту, то не оказалось таких гигантских ванночек, то нужной бумаги и мы в мыле носились по всему городу.
Было весело.
Но вот все купили, потратили выходные и уже в понедельник я приволок в школу большую толстую папку, или вернее - папищу.
Фотки достались всем, даже тому, который сниматься не пожелал. Класс был счастлив…

С тех пор прошло полжизни.
Я приехал повидаться с городом детства и заглянул в гости к своему однокласснику по кличке Конь.
Мы с Конем от души поржали, повспоминали школу. Он по львовским меркам стал крупным бизнесменом. Продает финнам что-то шведское. На жизнь хватает.
Когда детишки стали укладываться спать, Конь потащил меня в подвал, где у него оборудована шикарная биллиардная.
Только мы начали деловито пачкать мелом руки, как вдруг на стене, в рамке под стеклом я увидел до боли знакомый портрет с родными пятиклассниками. Даже спустя столько лет, он казался огромным. Приятно было опять его увидеть, свой то экземпляр я давно профукал в странствиях и переездах.
Конь грустно улыбнулся и сказал:
- Этот портрет – мой личный памятник упущенным возможностям. Смотрю на него и до слез обидно, что я тогда так лоханулся. Вот, веришь ли - если доживу до изобретения машины времени, то первым делом смотаюсь в 79-й…
Я сказал:
- Если что, то и меня с собой захвати.
- А тебе зачем?
- В сторонке постою, на живого папу посмотрю.
- А… ну так то да, хорошо. Договорились.

…Из рамочек на портрете, на нас смотрели улыбчивые детские лица на фоне цветов из школьной оранжереи.
Под каждым имя, написанное красивым готическим стилем. И только на одном портретике не было человека…
И рамочка и красивый цветочный фон как у всех - был, а человека нет.
Зато была подпись – «Александр Конев».







ЗЛОЙ

Как не застрахуешься от бед и болезней, так и невозможно застраховаться от неожиданной и неприятной необходимости посещения МРЭО.
На днях я целый день посвятил жертвоприношению этой славной организации. За нервотрепку, неразбериху и вхолостую перекачанные часы жизни, я получил несколько металлических и бумажных документов, а на сдачу еще и веселую историю.
Итак, начну с конца, как и должны начинаться запутанные детективные романы...
В большой, но душной комнате с одним стеклянным окошком, натолкана сотня уставших товарищей по несчастью. Хоть лица по большей части все те же, но это уже не затравленные автомобилисты с бегающими глазами (какими они были еще час назад). Теперь они скорее напоминали веселых и открытых для смеха, зрителей цирка.
За стеклом восседал мордатый и очень недовольный капитан, но аккуратно и внимательно скрывавший свою злость, ведь в комнате стояла напряженная тишина - публика ждала и как только капитан, очередной раз теряя терпение, грубо рыкал кому-то: «Уважаемый! Что Вы мне дали? Я не вижу справку из магазина...!»
Зал взрывался диким хохотом и бурными аплодисментами...
Вот только мент за окошком не кланялся, а закатывал глазки к небу и злобно скрежетал желтыми прокуренными зубками.
Для тех, кто только присоединялся к нашему веселью, все это было странно и дико...
Вот опять взрыв хохота – это снова ошибся наш «сапер» повысив на кого-то голос...
Поскольку в этой компании я был старожилом (с утра торчал), то охотно ржал и аплодировал вместе со всеми, удержаться было абсолютно невозможно.
Вновь прибывших наскоро посвящали в нашу общую тайну, после чего они тоже, затаив дыхание, начинали с нетерпением ждать от мента проявлений грубости. Как капитан ни старался (а было видно, что он очень старался..) Но время от времени из него вылетало сдержанное хамство и тут же тонуло во взрыве хохота благодарных зрителей...
Однако не буду больше томить досточтимую публику и открою тайну «ордена веселых автомобилистов».
Весь этот день поделился на до и после.
С утра капитан был в ударе. Из своей стеклянной амбразуры он рычал как лев и материл всех подряд, кроме стареньких бабушек (бабушкам он сделал исключение, видимо по причине отсутствия оных...)
Время от времени из окошка нервно вылетали на пол документы как бумажные самолетики.
Вот лишь некоторые из перлов капитана:
«Вы что тут самый умный!? Так зачем сюда пришли, голову мне морочить!?»
«Как ты мне суешь документы в верх ногами!? Я что помойка по твоему!?»
«Не нужно меня ни о чем спрашивать! Я не справочное бюро!»
"Разуете глаза - найдете на стендах"
«Да, я то капитан, а вот вы Николай Альбертович, неизвестно кто такой, клоун наверное...»
«А я не хамлю, это у меня голос такой! Вы доиграетесь, что я сейчас сделаю перерыв на работу с документами и уйду. Хотите!?»

Ну и все в таком же духе.
Самых ретивых и недовольных, капитан отсылал куда-то «по большому кругу» больше они не возвращались...
Хуже всех пришлось красивой стройной девушке. Мент довел бедняжку до слез.
Она отошла и плакала, отвернувшись к стене. И не то чтобы у нее чего-то из документов не хватало, а просто обидно: она ему вопрос по делу, а он в ответ что-то про гранаты и обезьян...
Одним словом - паскудная обстановочка.
Но вот рано или поздно мент выплюнул из своей амбразуры заветные новенькие номера измученной барышни, она взяла их, улыбнулась в первый раз за день и отошла в сторонку, чтобы ровненько собрать выпихнутый ворох документов.
В этот момент капитан захлопнул кормушку и объявил, что он тоже человек, перерыв 15 минут (видимо накопились дела в туалете...) Народ вздохнул и безропотно согласился.
...Открылась дверь... Чего-чего, но такого никто из нас даже и представить себе не мог!!!
Злобный пузатый мент шел сквозь толпу с легким оттенком брезгливости на лице.
Но вот рост...
Росточком он оказался ни как не больше 140 см!!! (и это вместе с неуставными платформами)
У всех шок и ступор и только девушка, складывающая в пакет новенькие номера, сочувственно произнесла:
- А... Так вот почему он такой злой...

ДИНАСТИЯ

Моему сыну настолько не понравился в первый день город Львов, что возле фонтана у Оперного театра, он сказал:
- Папа, а давай тоже что-то бросим в воду?
Я протянул монетку, на что мой циничный пацанчик ответил:
- Монетка не подойдет, папа, а что обычно бросают, чтобы никогда уже сюда не вернуться...?
С этим его настроением мы и начали с посещения картинной галереи.
К концу любования обнаженной натурой 18-го века, сын заметно повеселел и оживился. Я ждал его у подножия центральной лестницы, Юрка бросал последние взгляды на красоты интерьера и вот уже было собрался спускаться, но оступился и посыпался вниз как коляска с Потемкинской лестницы.
Слава Богу, все обошлось легкими ссадинами и синяками, но пока он катился, я с перепугу моментально вспомнил давнее происшествие:
Я – первоклассник, уныло тащусь за своим отцом и волоку по полу ранец.
Подхожу к этой же (черт ее побери!) лестнице... наступаю на шлейки своего портфеля и с грохотом лечу вниз...
Тогда мне повезло меньше: я разбил нос, порвал губу, одним словом всю картинную галерею утопил в крови, папа даже скорую вызывал...

...Мой страдающий сынок докатился, встал и неудачно попытался не заплакать.
К нам подскочила смотрительница - низенькая горбатая старушка на длинных ножках. Она, заламывая ручки начала причитать над моим отбитым ребенком, параллельно костеря меня:
- Что за отец такой, сам спокойно спустился, а ребенок лети как хочешь!!? Эта лестница очень коварная, дети с нее часто падают. Тут лет сорок назад упал мальчик и очень сильно разбился... Чуть вообще не погиб, руки-ноги себе переломал, столько крови было... Отец его в нашем музее проектировал новую крышу, отвлекся на секунду и чуть сына не лишился... Нельзя так, мужчина, за ребенком смотреть нужно.
Эту бабушку я, конечно, не вспомнил, но еле удержался, чтобы не зарыдать вместе со своим сыном...
Хорошая все-таки вещь - каникулы, куда вздумается, туда и поехал. Из картинной галереи мы отправились на могилку к моему папе.

КАПКАН

Заглянул в гости к знакомому художнику.
Все стены в картинах - обоев не видно.
Тематика в основном однотипная: обнаженная в цветущем саду, обнаженная на диване и даже обнаженная на ладони Кинг- Конга...
Одним словом - было на что посмотреть, пока хозяин Сергей варил нам в кухне кофе.
Пригляделся, вижу: на самой большой картине (холст, масло) какое-то пулевое отверстие прямо на ляжке обнаженной красотки, собирающей дрова...
Спрашиваю:
-Что тут была за война?
Сергей улыбнулся:
-Да была война с соседом, его убили кстати. Но это не то, что ты думаешь! Я не причем:
Дело было лет двадцать назад.
Вселился в соседнюю квартиру один новый русский, а по сути – обычная быдлота и бандюган.
Он поначалу пытался всех нас «строить», и в основном «построил», только вот со мной пока не пересекался.
Однажды дивным воскресным утром, я проснулся от жуткого звука похожего на скрежет самолета, садящегося без колес на наждачную бумагу...
Вхожу в комнату, вижу: на пол сыплется штукатурка, а из ноги «Крестьянки собирающей хворост», торчит огромный железный штырь толщиной с большой палец. Дикие звуки стихли, а штырь нагло вращаясь, все вылезал из картины.
Мне очень не хотелось ругаться с соседом – головорезом, но...раненная «Крестьянка собирающая хворост», смотрела на меня с укоризной и мольбой!!!
Звоню в дверь, хозяин с порога хотел меня послать подальше, но осекся, потому что я, ни слова не говоря, смело поманил его пальчиком к себе.
Он вошел, раздувая ноздри, увидел штырь, и извинился. На словах его извинение звучало так: «Ху-е! Нихера себе как прошило, но херли ты хочешь? Штыри немецкие, родные... я у себя сейф на стену вешаю, должно же быть реально – надежно.
Ладно, не парься, сейчас пойду, вытащу его, захерачу на пять сантиметров покороче».
Озадаченный сосед ушел, глядя на свои растопыренные пальцы, чтоб не забыть какой длины должен быть новый штырь.
Он вернулся к себе, схватил газовый ключ и давай выкручивать болт. Кряхтел, пыхтел и, несмотря, на то что мужик здоровый – не смог. Ни туда, ни сюда.
Вернулся ко мне. Входит, смотрит на штырь торчащий из ляжки:
- Слушай, он, похоже одноразовый. Гребанные фашисты сделали капкан, короче там такая система, что его так расперло в стене, теперь обратно не провернуть. Эх, был бы это просто костыль, мы бы его от тебя кувалдой выбили бы... Ладно, пойду еще раз попробую.
Через 20 минут, бандюган весь в мыле опять вернулся ко мне, пощупал ненавистное острие с резьбой торчащее из ляжки и чуть не плача ушел обратно к себе.
В следующий час весь наш дом сотрясали удары древнеримского тарана...
Я не выдержал, зашел к нему.
Вижу: мужик вошел в яростный раж: долбил свою стену вокруг огромного болта, и надо сказать добился больших трудовых показателей: выдолбил в железобетоне, кратер величиной с тарелку и это не считая вмятин от неточных попаданий...
Я говорю:
-Хорош, дай-ка я попробую открутить.
-Да куда тебе? Не смеши меня, я призер Чемпионата СССР по вольной борьбе, не выкрутил, даже ручка в кувалде уже шатается, а ты лезешь...Да там и грани уже срезало, проворачивается ключ...
Иди к себе, не беси меня!
Я подошел к болту и... не без натуги выкрутил его ГОЛЫМИ РУКАМИ (!)
Сосед был настолько ошарашен, что тут же начал абсолютно по-человечески извиняться за свой бестолковый ремонт.
С тех пор, года два, (аж пока его не застрелили) он всегда при встрече, первый со мной здоровался, причем протягивал сразу обе руки. Эти ребята, все-таки уважают тех, кто сильнее их...

Я говорю:
-Да прикольная история, а как же у тебя получилось открутить болт голыми руками, если борец не смог, даже газовым ключом?
Сергей:
-А ты, Грубас, не смотри, что во мне пятьдесят кило, я же с детства скульптурой занимаюсь, пальцами глину разминаю, вот и накачал...Шутка.
Привстань с табуретки, видишь на подушечке дырку?
Так вот как только сосед пошел к себе выкручивать болт, я приподнял со штыря картину, наколол на него эту подушку, чтоб не поцарапать обои, и привернул к нему намертво тиски...
А когда, мастер-фломастер, весь в мыле, возвращался ко мне, то я снимал тиски и опускал картину обратно на штырь...