?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: искусство

УК
storyofgrubas
Было это летом 98-го. Я в гордом одиночестве рулил из Москвы в Магнитогорск.
Весь провиант, кроме кусочка сала, закончился, а вокруг, как назло, ни одного магазинчика или кафешки.
Голод заставил свернуть куда-то с трассы, в поисках деревушки с сельмагом.
Километров через десять, нашел. Выскочил я из машины и подергал запертую дверь магазинчика.
Рядом на лавочках улыбались старушки и открыто хихикала курящая компания пятнадцатилетних ребятишек.
Как обычно бывает в таких компаниях - парни изо всех сил выпендривались перед девушками, а девушки только и думали – с каких ракурсов они выглядят более выигрышно.

Хихикали они надо мной, не стесняясь обсуждать вслух:

- А все, закрыто уже, кто не успел – тот опоздал. Вот ведь клоун.

Стало обидновато, но, в конце концов, не бить же их.

Я устало вздохнул и трезво оценил себя со стороны: небритый мужик в цветастых шортах с пальмами, кеды на босу ногу, майка на животе разорвана ( на заправке под Уфой закусил дверью и не сразу это заметил) да и машина у меня вполне клоунская – «Таврия». Ну да, по здешним меркам, клоун и есть.
А вот молодежь, в отличие от меня, была одета с турецко-китайской иголочки: джинсы-варенки, блузки, шпильки, стразы, высокие прически, духи на всю деревню. Это был их выход в высший свет. А тут такая удача, и высший свет и заезжий цирк заодно.
Местные модники со старушками продолжали меня разглядывать и обсуждать:

- И откуда к нам пожаловало такое чудо? Цирк зажигает огни?
- Номера у него Московские. Столичный цирк приехал и клоуны приехали.
- Его, глядите, собаки драли, он видно плохо их кормил и дрессировал.
- А в Москве все такие циркачи, одного теперь не хватает.

Вступать в полемику я совсем не собирался, сел в машину, хотел было ехать дальше, как вдруг, запиликал телефон. Да, да, у меня тогда уже был телефон, пока, правда, один на двоих с женой и находился он у того кто в пути. В пути был я.
Звонила жена, она очень переживала, но ответить на звонок не получалось, мощности трубки не хватало, ведь сотовых вышек тогда было по пару штук на губернию.
Я быстро вскарабкался прямо на свою многострадальную «Таврю», расставил пошире ноги, чтобы не продавить крышу и задрал телефон к небу.  В таком положении и  стал дозваниваться жене.
Уважаемая публика, глядя на меня, просто покатывалась со смеху:

- На манеже новый-русский, акробат-телефонист.
- Ща он   сальто сделает, чтобы еще выше было.

Наконец я дозвонился – Але! Але!

Смех только усилился:

- Позвони мне, позвони.

- Але, Шура, я жив и здоров, пока не доехал, в Набережных-Челнах подзадержался слегка, но уже скоро, не волнуйся…Да, да, все нормально. В любой момент могу прерваться, не удивляйся…свернул тут хлеба купить, но не успел, магазин закрылся…да откуда ж я знаю – где я сейчас? … Ну, вот так. Я в такой глубокой жопе, у которой даже названия нет. Все, целую, пока.
Я начал медленно спускаться с крыши и даже удивился тишине. Публика погрузилась в глубокое раздумье.
Я осознал, что сболтнул лишнего и мне стало очень стыдно. Одна девушка, обращаясь ко мне, обиженно сказала:
- Ук.
- А?
- У нашего поселка есть название -Ук!
- Это как уголовный кодекс?
- Да.
- А полностью он как называется?
- Так и называется, Ук.

Тут уж я начал выкручиваться:
- Ах, Ук? Ну, конечно! Мне еще в Казани люди говорили – Тебе главное доехать до Ука, а там до Челябинска рукой подать.

Публика оживилась и повеселела:
- Ну вот, это Ук и есть.
- Ну, слава Богу, я добрался.

Старушка наказала мне маленько обождать, пошепталась с парнем, тот куда-то сбегал и, минуты через две, принес высокую буханку свежайшего, домашнего хлеба. От денег бабуля отказалась наотрез и я задарил пареньку маленький компас-брелок.
Вечерело. Сало с хлебом придало мне уверенности в завтрашнем дне. Я ехал в Челябинск и, чтобы не уснуть, с большим чувством орал  детскую песенку: «Поделись улыбкою своей, и она к тебе не раз еще вернется…»

ВОЛШЕБНОЕ СЛОВО
storyofgrubas
Пятидесятилетний Борис – наш постоянный художник декоратор. Да он и выглядит как художник декоратор: высокий, худющий очкарик в цветастом пальто, да еще и с серьгой в ухе. Теперь от его хитрой прически остался один только крысиный хвостик, но раньше, до того как Боря полысел, было на что полюбоваться.
А сегодня в курилке он рассказывал, как встретился со своей будущей женой Ларисой:
- Познакомились мы в театре, я ей свою очередь в буфете уступил. Слово за слово, после спектакля вызвался проводить до дома.
Оказалось что Лариса жила в такой отдаленной заднице, что без взвода автоматчиков соваться туда было опасновато, к тому же, на дворе самое начало 90-х. Зима, ночь.
Нормальные, человеческие  прохожие давно уже рассосались по домам.
Наш путь лежал через «трубу» - низкий и мрачный пешеходный переход под железной дорогой, но там, в темноте, под мостом, засела какая-то компания. Сколько человек – неизвестно, только слышен был «гур-гур» и сигаретные огоньки виднелись.
Как только Лариса почуяла компанию, сразу резко остановилась, грустно вздохнула и стала рассказывать, как нам обойти это место: полтора километра до станции, потом через мост и столько же обратно.
А куда деваться? Не соваться же прямо в волчье логово?
А я ей и говорю:

- Ларочка, может быть без меня вы и ходили вокруг - да около, но теперь вы с мужчиной, и я вас никому в обиду не дам, не бойтесь.
- Как так - не бойтесь? Борис, вы ведь даже не знаете – сколько там человек?
- Дайте вашу руку, Лариса, а теперь пойдемте вместе, как раз всех и пересчитаем.

Включил я вальяжную походку Бельмондо, и мы смело нырнули в трубу. Компания под мостом оказалась совсем не маленькая, человек восемь, а может и больше. Они пили вино, курили, я даже сигаретку у них стрельнул. Для понта. Пожелал всем удачи и мы спокойно пошли дальше.
Лариса была поражена, ведь она думала, что я простой «ботан» - очкарик, не более того, а я оказался настоящим Бельмондо…

Я не выдержал и прервал Бориса:

- Молодец, Боря, мужик, уважаю. Я, если честно, не пошел бы. Могли бы так накостылять, тем более что и место подходящее. Как это ты не забоялся?
- Очень правильный вопрос. Я и сам в жизни бы не пошел. Что я, самоубийца, что ли? Просто одно волшебное слово услышал. Зрение у меня не очень, зато слух хороший.
- Какое волшебное слово?
- Пока Лариса объясняла мне схему обхода, я, среди смешков и мата, из под моста, тихо, но отчетливо услышал, случайно сказанное,  волшебное слово - «Мейерхольд»…



ПОРТРЕТ
storyofgrubas
В 79-м, когда я заканчивал пятый класс, наших предков согнали на родительское собрание.
Ругали, хвалили, обсуждали годовые оценки и в самый разгар в дверь кабинета постучали. Вошел мужик с фотоаппаратом и предложил сварганить большой общий портрет класса, в рамочках, с фамилиями, все как положено и всего то за пять рублей с носа.
По родителям прокатился сдержанный ропот.
Поднялся мой отец и сказал:
- Большое Вам спасибо за отличную идею, но по пятерке будет крутовато. А поскольку я кинолюбитель и тоже занимаюсь фотографией, возьмусь сделать то же самое, но гораздо дешевле – бесплатно.
Всем родителям идея очень понравилась и фотограф-профессионал  быстро ретировался, с треском проиграв в конкурентной борьбе...
На следующий день в школу явился мой папа и несколько перемен отлавливал всех нас по одному, чтобы запечатлеть на свой старенький, но верный фотик «Кристалл». В один день не уложился, поскольку дядька он был скрупулезный и дотошный, да к тому же пришлось дожидаться заболевших и отсутствующих.
Вот уже весь класс, кроме одного человека окучен, пора бы браться и за печать. А тот один просто отказался, как-то ему в облом было тратить свою веселую перемену на скучную съемку, да и фотка к тому же бесплатная.
 Пятиклассники взрослые и довольно упрямые люди - если что решили, то сдвинуть  их с места непросто…
   
      Помню отец мужественно боролся с разными неожиданными техническими нескладушками – то наш увеличитель не поднимался на нужную высоту, то не оказалось таких гигантских ванночек, то нужной бумаги и мы в мыле носились по всему городу.
Было весело.
Но вот все купили, потратили выходные и уже в понедельник я приволок в школу большую толстую папку, или вернее - папищу.
Фотки достались всем, даже тому, который сниматься не пожелал. Класс был счастлив…

С тех пор прошло полжизни.
Я приехал повидаться с городом детства и заглянул в гости к своему однокласснику по кличке Конь.
Мы с Конем от души поржали, повспоминали школу. Он по львовским меркам стал крупным бизнесменом. Продает финнам что-то шведское. На жизнь хватает.
Когда детишки стали укладываться спать, Конь потащил меня в подвал, где у него оборудована шикарная биллиардная.
Только мы начали деловито пачкать мелом руки, как вдруг на стене, в рамке под стеклом я увидел до боли знакомый портрет с родными пятиклассниками. Даже спустя столько лет, он казался огромным. Приятно было опять его увидеть, свой то экземпляр я давно профукал в странствиях и переездах.
Конь грустно улыбнулся и сказал:
- Этот портрет – мой личный памятник упущенным возможностям. Смотрю на него и до слез обидно, что я тогда так лоханулся. Вот, веришь ли - если доживу до изобретения машины времени, то первым делом смотаюсь в 79-й…
Я сказал:
- Если что, то и меня с собой захвати.
- А тебе зачем?
- В сторонке постою, на живого папу посмотрю.
- А… ну так то да, хорошо. Договорились.

…Из рамочек на портрете, на нас смотрели улыбчивые детские лица на фоне цветов из школьной оранжереи.
Под каждым имя, написанное красивым готическим стилем. И только на одном портретике не было человека…
И рамочка и красивый цветочный фон как у всех - был, а человека нет.
Зато была подпись – «Александр Конев».