Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

ОГРАБЛЕНИЕ ВЕКА

- Все, хозяин, принимайте работу. Холодная, горячая, открывается – закрывается, ничего не подтекает.
- Спасибо, отлично.

Я расплатился с сантехником и проводил его до дверей. Он немного помялся и все же решился спросить:

- Извините, такой вопрос: а старый смеситель вам нужен, или на выброс?
- Так он же течет весь.
- Это ничего, я буксы и гусак заменю, послужит еще, метал в нем хороший. Я ведь не для себя прошу, может знаете, в вашем подъезде живет такая бабушка - Вера Степановна, у нее еще французский бульдог?
- Да, знаю, видел.
- Ну вот, живет она одна, внуки в другом городе, не помогают совсем, а смеситель у нее вообще развалился, ваш старый для нее был бы за счастье. Не думайте, денег я с нее не возьму, даже от себя иногда отрываю, чтобы ей что-то в квартире поделать.
- Откуда такой альтруизм?
- Что откуда?
- Ну, какой ваш бубновый интерес, если не деньги?
- Да, как вам сказать? Человек она хороший, вот и все. Могу рассказать как получилось, дело житейское. Полгода назад мы провожали сына в армию. Выпили, конечно, не без этого. Сын, уходя оставил мне свой новенький айфон, чтобы с собой не брать, а я отдал ему свою копеечную «звонилку».
Тут и я конечно сплоховал – после проводов зашел к себе на работу и хорошенько еще поддал с нашими мужиками.
Короче, поздно ночью просыпаюсь от холода, поднимаю голову, смотрю - я один, на асфальте лежу прямо посреди тротуара, через меня люди перешагивают. И тут я вспомнил, что целый день не выпускал из рук айфон сына. Нету. Пошарил вокруг, тоже нигде нет. На мне спортивные штаны и футболка, так что и карманов нет, искать больше негде. Представляете какой для меня удар? Телефон стоит как две мои зарплаты, да и сын вернется, спросит.
Пришел я домой, выслушал, конечно, от жены пару ласковых. Разделся, стал снимать носок, а в нем записка, развернул, читаю:
«У меня сил мало, а вы очень тяжелый, извините, но, ни разбудить, ни поднять я вас так и не смогла. Только телефон забрала, а то увидит кто, украдет.
2-й подъезд, 18 кв.
С уважением Вера Степановна»…

СТАРЫЙ ВОР

Психику ребенка решили не травмировать, поэтому никогда не возили его к папе на зону. 

Вот выйдет, тогда.  

Наконец, месяц назад, старый вор Григорий, отсидев от звонка до звонка одиннадцать лет, откинулся и лично познакомился с родным сыном – шестиклассником Мишей. В первые дни Миша побаивался нового человека, да еще такого разукрашенного нелепыми рисунками.  Старый вор это понимал и старался быть помягче и поласковей к мальчику.   Много лет  Григорий в своих тюремных снах представлял, как будет гулять с Мишаней по парку и говорить: - Смотри, сынок – птичка, она называется ласточка.   

Collapse )

ПИТБУЛЬ, КОЗА И КАПУСТА

"Если шпага твоя коротка, удлини ее шагом вперед"
(французская поговорка)

Вылет откладывался еще на час и мы убивали время загадывая друг другу загадки: старые и новые, детские и взрослые, с подвохом и просто угрюмо-математические.
Оператор Максим сказал:

- А давайте я загадаю вам настоящую загадку, настоящую, в смысле из своей жизни. Моя мама решила ее всего за минуту, а может даже секунд за сорок.
Вас тут, не считая меня, четверо взрослых и умных людей, давайте проверим – за сколько времени вы найдете правильный ответ?
Итак, дано: Начало  девяностых. Вся страна делилась на бандитов и потерпевших. Хотя, что вам рассказывать? Вы все старше меня, и так должны помнить.
Худенькая тридцатилетняя женщина, рост: 1 метр 60 см – моя мама и двое маленьких детей: десятилетний я и трехлетняя моя сестра. Пошли прогуляться к речке – бутерброды поесть, в бадминтон поиграть, да куличики из песка полепить. Где-то середина сентября, купаться давно холодно, но на покрывале поваляться еще можно. Речка у нас глубокая, но довольно узкая, в том месте примерно метров десять-пятнадцать ширины было.
Мы с мамой принялись играть в бадминтон, а на той стороне речки пировала компания бандитов на двух «девятках». Кожаные куртки, шашлыки, музычка, девочки, все дела и был у них свирепый пес – типа стафа, или питбуля. Псина, естественно, без поводка и намордника. И как-то этот собак сразу возненавидел наш бадминтон, гавкает, воет, зубами клацает. Только река и спасает.
Бандиты стали орать на маму: «Какого, трам-парарам, собаку дразнишь своим трам-парам бадминтоном трам-пампам отсюда, а то будет вам трам-парарам.
Мы, конечно же, огорчились, но делать нечего, хоть на разных берегах, а с бандитами лучше не связываться. Стали сворачивать покрывало и тут слышим на той стороне - «бултых», оглянулись, а это питбуль не выдержал, прыгнул в воду и плывет в нашем направлении, чтобы всех сожрать.
Бандиты сами испугались последствий, орут ему, но он не реагирует, а в холодную воду за питбулем хозяева тоже не спешат, дураков нет. Стали нам кричать: «Трам-парарам оттуда, пока время есть, может, успеете до леса добежать!»
Вот такая задачка: вы четверо - мои мамы, к вам и вашим детям плывет зубастая торпеда-убийца, секунд через сорок, она уже будет здесь, а до леса метров триста.
Решайте, время пошло.

Кто-то из нас предложил бежать врассыпную, так гарантировано выживут двое из троих,  кто-то отправить вперед детей и бежать позади них, чтобы детей уж точно спасти,  кто-то, громко зарычать, оскалив зубы и встав на четвереньки.
Я предложил намотать на руку покрывало, чтобы принять на него первый укус, а там видно будет.
Когда идеи иссякли, Максим сделал паузу и сказал:

- Все, вариантов больше нет? Если честно, с тех пор прошло лет двадцать пять, но я до сих пор удивляюсь - и  как это моя мама за сорок секунд смогла додуматься до правильного ответа? Видимо, когда твоим детям грозит смертельная опасность, мозги с дежурного освещения резко переключаются на полную иллюминацию и сами собой выдают единственно-правильное решение.
Мы даже с сестрой тогда подумали, что мама от страха с ума сошла. Она взяла бадминтонную ракетку и, как была в джинсах, так и вошла по пояс в воду, прямо навстречу плывущей смерти.
Я орал: «Мама, ты что!? Бежим, Мама!»
Когда питбуль подплыл к маме, она аккуратненько окунула его голову ракеткой. Подержала немного под водой, развернулась и вышла на берег.
Бандюганы на той стороне бегали, кричали, даже по колени в воду зашли, но плыть не решились, то ли холодной воды испугались, то ли маминой ракетки.
Сестренка потом еще долго выспрашивала:
- Мама, а ты что, утопила собачку?
- Нет, ну что ты, доча? Просто эта собачка очень любит нырять и даже умеет жить под водой…

СТАЛЬНЫЕ ШАРЫ

В самолете разговорился с соседом у окна.
Худенький, кучерявый, зовут Александр, по профессии скрипач. Сошлись мы на Питере, Александр там родился и вырос, а я прожил пять лет.
Вспоминали гнетущие девяностые и Саша рассказал вот такую историю:

Однажды зимой, поздно вечером ехали мы с папой в трамвае, он меня в «музыкалку» возил, мне тогда лет восемь было. Народу немного, человек пять – десять, на весь вагон.
Вдруг на остановке залетает настоящая бандитская бригада, шесть человек, почему-то я и количество запомнил. Злые, видимо что-то у них там случилось, может от ментов убегали. В любом случае, такие в трамваях не ездят. Все разнокалиберные – от двухметровых, до мелких, но  по виду настоящие бойцы. Со сломанными носами и ушами.
В общем, по профессии спортсмены, а по должности бандиты.
Одеты так красиво, что глаз не отвесть: спортивные костюмы, фирменные кроссы, про цепи вообще молчу. Да что там цепи? Каждая их лайковая куртка стоила как весь наш трамвай.
Они громко матерились, что-то обсуждали, а пассажиры вжались в кресла, головами не вертели и усилием мысли притягивали трамвай побыстрее к своей остановке.
Тут, один из братвы ненавязчиво закурил.
Какой-то дедок со своего места, не оглядываясь, проворчал, что-то типа: «В трамвае не курят»
Бандит повернулся к перепуганному народу и громко спросил:

- Кто?! Кто сейчас что-то вякнул?!

В ответ унылая тишина.
Браток продолжил:

- Если кто хочет что-то сказать, то учтите – за слова придется ответить. Готовы подраться? Предъявляйте. Нет? Сидите тихо и уткнитесь  в окно.
Естественно – публика совсем притихла и вжала голову в плечи, хорошо что хоть деда не выдали, который возмущался.
И вдруг, мой папа, мой тщедушный интеллигентный папа: сто шестьдесят сантиметров ростом и пятьдесят кило весом, инженер технолог кондитерской фабрики, шепчет мне: «Сашок, сиди тут, держи скрипку»
Мой отчаянный, сорокалетний папа, который никогда в жизни не дрался, встал и, о ужас, пошел на заднюю площадку, где ржали и курили бандюки.
Одну руку он крепко сжал в кулак, и я прекрасно видел, как дрожали его пальцы, я и  сам  чуть не умер от страха за него.
Папа подошел к ним и громко сказал, стараясь скрыть тремол в голосе:

- В трамвае курить нельзя! Потушите пожалуйста сигареты!

Повисла бесконечная пауза, бригада удивленно изучала моего папу, его сжатый кулачок, и наконец один из них ответил:

- Ну, нельзя, так нельзя, ты сказал, мы тебя услышали.
Не каждый день встретишь человека со стальными шарами.

Окурки тут же полетели в форточку.
Я не усидел на месте, прибежал с футляром и встал за папой. Один бандит погладил меня по голове и сказал:
- Скрипач, ты даже себе не представляешь какой у тебя  крутой батя,  можешь им гордиться.

Трамвай остановился на перекрестке, бригада распахнула двери и десантировалась на улицу.
Мы с папой поехали дальше и я всю дорогу пытался выяснить, что это у него за такие «стальные шары», и для чего они нужны? А папа глупо улыбался и неумело уходил от темы…


КОНТРОЛЬНЫЙ В ГОЛОВУ

Даже если бы я был злобным маньяком-терминатором, то все равно не решился бы напасть на женщину с ребенком. Потому что страшно. Ведь нет такого коварства на которое не способна женщина находящаяся при потомстве. Вот на огромного «качка» напасть – милое дело. Кстати, большие мужики – аргентинозавры, совсем не ожидают нападения, они как правило не готовы к нему. Вот, мол, какой я огромный. Чего бояться?
Так что в трудную минуту, очень даже могут растеряться и спасовать.
Но не будем отвлекаться на психологические проблемы крупных мужиков, а вернемся к субтильным женщинам, защищающим свое потомство…
   Заглянула к нам в гости Тамара - соседка по даче. И не одна а с дочкой Сашей, лет пяти.
Пока Тамара с моей тещей делились в огороде ценнейшим цветочным опытом, я позвал Сашу в дом и налил ей компоту.
Саша, с кружкой в обнимку, деловито села за стол и стала  рассказывать  очень странную историю:

- …А вчера мы с мамой поехали к тете Гале на день рождения и заблудились. Заехали не в ту деревню и там на нас напали бандиты, тоже на машине. Они нас остановили, потом стучали по стеклам и по крыше. Кричали: «Выходи! Выходи!» И с матом тоже. А мама открыла окно и как «пшикнула» им из баллончика. Бандиты схватились за головы и  стали кричать еще больше, а мама им сказала: - «Простите меня, ребята, я не хотела вас обидеть! Ой, что я наделала! Вот вам молоко, вода и салфетки, быстро вытирайте глаза, а то ослепнете…»

В этот момент в комнату вошла Тамара и строго сказала:
- Саша, выпила компоту? Скажи  - "спасибо" и иди на улицу, посмотри какие там в пруду головастики.

Девчонка убежала на свидание с головастиками, а я спросил Тамару:

- Что за жуткая история с вами вчера приключилась?
- Ой, до сих пор всю трясет. Не буду долго рассказывать, короче, заехали мы черти куда, а уже вечерело. За нами «Нива» увязалась. Увидели что женщина, одна, на хорошей машине, видимо ограбить решили. Дорога узкая, я несусь как могу, но там такие колдобины, что больше сорока не выходит. А «Нива» извернулась, срезала по траве, обогнала меня и прижала к кустам. Они выскочили и ко мне. Двое их было. А вокруг никого, поле и лес.
В общем, улучила я момент, приоткрыла окно, исхитрилась и полила их из баллончика.
Не очень хорошо, правда, попала, но все равно они отскочили, схватились за рожи и заорали как резаные, а потом…
- Подождите, Тамара, Саша сказала, что вы им молоко, воду и салфетки предлагали. Какая вода? Какие салфетки? Вы с ума сошли! Тут уж не до сантиментов, нужно было сразу рвать оттуда когти. Вы что?
- Да какие, в задницу, сантименты? Я вас умоляю. Все как раз наоборот: они воют, морды трут, а я испугалась, что вот- вот эффект пройдет и тогда нам с Сашкой наступит алес  капут. Вот я на автомате и стала пищать: - «Ребята, простите меня, дуру, я не хотела. Давайте я вам на руки молока полью, потом салфетками глаза вытру. Скорее сюда! Парни, давайте, давайте, ниже, ниже, подставляйте руки!»
Они как зомби, пришли на голос, опустили от голов руки и стали нашаривать в воздухе откуда польется молоко, вот тут я весь баллончик в них и добила. На этот раз попала как надо, прямо в открытые рты.
Развернулись мы и спокойно уехали. Слава Богу, Саша испугаться толком не успела…
Ну, нам  пора уже, спасибо, до свидания.

Мне даже показалось, что я невольно отступил назад, когда прощался с Тамарой…




ВИСЯК

«Что они ни делают, не идут дела, Видно в понедельник их мама родила…»


Старый КГБ-эшник Юрий Тарасович рассказал мне историю о том как тяжело на свете живется ворам и разбойникам всех мастей, ведь любое их телодвижение оставляет хоть незначительные, но следы.
Правда, все зависит от квалификации, а главное - от желания самих следопытов.
Пару лет назад, в Москве произошла вот такая история:
Пожилая семейная пара собралась купить себе машину по объявлению. Не новую, но достаточно серьезную, дороже миллиона рублей.
Кто-то, как-то, об этом узнал и в воскресенье, накануне сделки, пока хозяева были на даче, их квартиру аккуратно вскрыли три раннее судимых мушкетера.
Вскрыли и приступили к детальному обыску. Кое-что нашли, но не миллион, вот и решили злодеи задержаться и дождаться хозяев, чтобы сказать им:
- Ну, ладно, мы сдаемся. Так куда, все-таки, вы спрятали деньги?
Забегая вперед, скажу, что в этом пункте план их вполне удался – злодеи неожиданно напали на вернувшихся хозяев, привязали несчастных к стульям и почти сразу узнали - на каких антресолях лежит то, что им нужно.
Заодно бандиты прихватили кое-какое добро, пожелали ограбленным спокойной ночи и тихо ушли.
К счастью, хозяину удалось довольно быстро выпутаться, он развязал жену и позвонил в милицию.
А уже через десять минут вломилась опергруппа и выяснила, что улик совсем никаких, хоть плач.
Лиц, потерпевшие не видели (грабители все время были в масках), по говору, вроде бы не москвичи, залетные, и  не вегетарианцы (потому что колбасу в холодильнике сожрали сволочи) вот в общем-то и все богатые улики.
А главное – целый день, с утра до вечера, пока они поджидали свои жертвы, никто из них ни разу не снял перчаток.
Ну, телик смотрели, ну, музыку тихонько слушали, журналы листали, и как на зло, никто из них паспорт не выронил. Ну как таких найдешь?  Да что там паспорт? Они даже по мобильнику никуда не звонили.
Висяк - он висяк и есть.
Опрос соседей тоже много не дал: - «Вроде стояла во дворе какая-то серая «Газель», а может и «Бычок», кто ж его знает? А теперь ее нету».
Номеров никто, конечно же, не запомнил, да и были ли они вообще?

Круг людей знавший о завтрашней сделке, тоже не ясен, хозяин даже на работе хвастал, что с утра в понедельник покупает себе «ласточку»
Эту историю можно было бы и закончить не начиная, если бы в тот вечер, в опергруппе случайно не оказалось одного зеленого курсанта школы милиции. Это был первый день его следственной практики.
И поскольку на уроках криминалистики его учили, что не раскрываемых преступлений не существует, а понятие «висяк» придумали бездари и бездельники, наш студент очень удивился отсутствию сыскного энтузиазма у старших товарищей и начал действовать сам.
Он принялся искать следы: в холодильнике, в мусорном ведре, на балконе, под дверным ковриком и даже в туалете…
Просто стажер твердо усвоил теорию, что следы обязательно должны быть, вот и искал их, пока опытные коллеги  занимались писаниной и разговорами по рации.
Потихоньку студент добрался до стойки с аппаратурой: колонки, усилители, ресиверы.
Все не дешевое, но бандиты не прельстились, уж больно тяжелое и громоздкое.
А по тому, что пульты лежали не на своих местах, хозяин и понял, что эти Бременские музыканты еще и аппаратуру его включали…
Нажал стажер на кнопку, зазвучала музыка, присмотрелся, а - это играет нтернет-приемник.
Залез он в меню приемника и увидел список последних прослушанных станций.
И вот там, среди разных «шансонов» и «русской попсы», обнаружились две очень интересные станции, одна называлась - «Рязанская волна», а вторая – «Рупор Рязани»
И уже через полтора часа, серую «Газель» с лихой бригадой, «приняли» на въезде в славный город Рязань.
А вы говорите – «висяк»



ГЛАЗ – ВАТЕРПАС

"Элементарно, Ватсон..."

Вчерние сумерки. Уличный  рынок.
Стою в маленькой очередушке у прилавка с мороженными овощами и фруктами.
В это время, по узкому проходу, расталкивая публику, бойко продвигается полицейский патруль: два мощных сержанта с твердыми и холодными автоматами.
Они уж было  прошли мимо, как вдруг, метра через три, задний резко затормозил и дернул переднего за рукав:
- Опа, а ну, стоять! Погоди-ка, погоди…
Он быстро вернулся к нашему прилавку, с интересом опустил лицо к каким-то зеленым комкам с ценником – «120 руб. кг.» показал на комки пальцем и строго спросил:
- А  это что у тебя за анаша, а!? Руки держи, чтоб я их видел!
Продавец – узбек, очень перепугался, продемонстрировал свои ладошки  и на ломанном русском, стал горячо отнекиваться, как отнекиваются убийцы застигнутые на месте преступления с окровавленными ножами в руках:
- Нет, нет, не анаша! Это шпинат мороженный, не анаша, клянусь, не анаша!
(по правде говоря – эти зеленые шарики действительно, ну, очень смахивали на анашу)

Мент повертел в руках ценник, распрямился и разочарованно ответил:
- Да успокойся ты, я уже и по цене вижу, что не анаша…



ВОР В ЗАКОНЕ

"Перед тем как громко взывать о помощи, подумай, стоит ли информировать врагов о своей слабости…"
(Чернов В.А.)



Год 89-й, а может и 90-й, точно и не вспомню, давно дело было.
С неба моросил обычный, ничем не примечательный Львовский денек, но он запомнился мне на всю жизнь по трем причинам: начнем с того, что  я впервые в тот день   услышал потрясающе маслянистый голос Фрэнка Синатры, во вторых – опять же впервые увидел живого вора в законе, и в третьих – не понаслышке получил представление о его тяжком труде…
Не знаю как сейчас, может быть Львов настолько преобразился и заматерел, что может позволить себе иметь своего собственного вора в законе, но в те далекие времена в нашем городе не было ни одного всамделишного постоянно-действующего  "законника" (обидно даже)

Но у моего друга детства и по совместительству мелкого жулика - Валеры, был друг Саша по кличке Вилка, (свою кличку он получил за то, что с первого класса таскал с собой вилку и не раздумывая пускал ее в ход) так вот у этого самого Вилки, мама жила с настоящим вором в законе. Ну, как жила? Вор приезжал из Киева, раз в полгода, дня на два, вот и вся жизнь.
Зато мама с Вилкой поселились в собственном особняке в центре Львова, да и самого Вилку никто никогда не обижал, даже наоборот, к нему всегда, как мухи на мед, клеились самые симпатичные Ложечки.
Однажды утром, когда я у себя дома печатал фотографии, ко мне прибежал запыхавшийся Валера, вскользь поздоровался с мамой, влетел в комнату и спокойно ответил на мой вопль по поводу засвеченной бумаги:
- Грубас, бумага потом, быстро одевайся, во Львов приехал вор в законе и Вилка нас пригласил позырить на него.
Через полчаса мы с Валерой уже прошли серьезный фейсконтроль и расхаживали по лужайке перед домом, с нетерпением поджидая появления вора, а Вилка только посмеивался: - «Не ссыте пацаны, он же вас не съест, по крайней мере - лично…
Посреди лужайки стоял стол под навесом от дождя, а вокруг хлопотала Вилкина мама и еще пара неразговорчивых мужиков.
Наконец прибыл Сам, он с утра отлучался по каким-то делам, и теперь вернулся в хорошем настроении и очень голодный.
Обычный, лысоватый мужичок лет пятидесяти, глаза навыкате, взгляд, как у комодского варана, одним словом вор - как вор, в законе - как в законе. Вблизи, ничего выдающегося, но потому, как дрожали руки у молчаливых отморозков крутившихся вокруг стола, было понятно, что мужичок совсем не прост.
Наконец, он поел борща и обратил внимание на нас:
- Сашка, а ну зови и знакомь меня со своими друзьями.
Мы с Валерой подошли, вор указал нам места за столом и только после неприлично долгой паузы протянул руку и сказал:
- Меня зовут (честно говоря, я уже сто раз забыл его имя - отчество, пусть он будет - Укроп Помидорыч) Укроп Помидорович, будем знакомы.
Мы пожали его руку, в ответ назвали себя и опять сели за стол.
Помидорыч говорил довольно странно, то подчеркнуто медленно, как бы размышляя и подбирая слова, а то переходя на какие-то сплошные скороговорки, которые впрочем ему всегда удавались без запинки.

Двое мужиков сидели за общим столом, а трое почему-то и не присели ни разу, хотя свободные места были, к тому же - эти трое, абсолютно не производили впечатление изгоев, они дерзко, на равных спорили со всеми остальными (со всеми, кроме одного)
Когда Укроп Помидорович открывал рот, все вокруг молниеносно замолкали, как будто их накрывали звуконепроницаемым колпаком.
Вор долго и громко мешал ложечкой свой непрозрачный чай и вдруг ни с того ни с сего, в наступившей тишине говорил:
- Я кофе не люблю. Кофе – это, нет… я чай люблю, чай хороший, душистый. Чай – это дело.
И моментально все присутствующие, кивая друг другу, подхватывали дельную мысль: - «Прав, прав, ничего не скажешь, прав. Чай – это полюбому дело, а кофе, так, одно баловство…»
И  вдруг, опять перебивая  всех и медленно цедя каждое слово, вор, обратился к мужику, сидящему напротив:
- Стасик, забыл тебя спросить, а кстати, ты почему тогда был без "валыны"? Ну, просто любопытно, почему, а, Стасик?
Мужик съежился, развел руками и робко ответил:
- Укроп Помидорович, так ведь с "валыной", это… а вдруг мусора…
- Мусара? Стасик, от тебя ли я это слышу? (далее вор нервно выстрелил двухсекундной скороговоркой) мусоров-завалил-"валыну"-почистил-пальцы-стер-в-подвал-бросил, все! (далее снова подчеркнуто медленно) Стасик, ну ты что? Какие мусора?

Все опять закивали и затараторили: - «Прав, прав, полюбому прав, "валына" – это дело…»
- Да не напрягайся, Стасик,  шучу я, пей свой морс.
Отморозки дружно захихикали: - Ха - ха-ха, Стас, ну ты как этот...

Вдруг вор поднял глаза на нас троих и сказал:
- Ребятишки, у меня к вам вопрос, а как вы относитесь к хорошей музыке?
Мы, не сговариваясь закивали и забормотали:
- Хорошая музыка – это да, вот плохая – это не очень, а хорошая - полюбому хорошая…
Помидорыч ответил:
- Ну, вот и славно.
И через мгновение на лужайке появился отдельный табурет для огромного японского двухкассетника, вот тогда и запел Синатра. Хотя тогда я еще не знал – кто это поет?, а спросить, как-то не решился.
(Я, кстати долгие годы, после того дня не мог слушать Синатру без Укропа Помидорыча в голове…)

В это время в калитку вошли двое толстячков в дорогих кожаных куртках, их проводили к столу, усадили и налили.
Мы с Валерой и Вилкой, к тому времени уже отошли от стола и уселись на лавочку, ближе к цветочной клумбе, но слышали каждое слово сказанное за столом.
Дело в том, что эти двое толстячков оказались удивительными везунчиками. Им повезло найти выход на человека, который напрямую мог свести их с вором в законе, как только тот приедет во Львов, так все и случилось. Ну не чудо ли?
А дело у толстячков было до обидного обычное – они когда-то были лучшими друзьями, затеяли какой-то кооперативный бизнес, потом еще один и еще. Со временем расширились, разбогатели и… продали все за бешеные по тем временам деньги $120 000 (это примерно 15 пятикомнатных квартир в самом центре города), вот только теперь без последней инстанции - вора в законе, им было никак не разрешить свой спор двух хозяйствующих субъектов, чтобы поделить бабки и разбежаться в разные стороны.
Один утверждал, что ему причитается 80 штук, а бывшему партнеру только 40, ведь в последние два года партнер только бухал каждый день и окучивал местных профур по загородным ресторанам, а на работу вообще "забил".
Второй все время перебивал и нервно взвизгивал:
- Молчи, тебя не спрашивают. Что ты несешь? Бухал – не бухал. Какая разница? Я считаю, что все нужно делить по братски по 60 штук на рыло и разбежались, а то начинается какое-то крысятничество, правильно я говорю, Укроп Помидорович?

Вор долго молчал давая спорщикам выговориться, наконец дождался паузы и сказал:
- Давайте договоримся так: за этим столом буду говорить либо - я, либо - тот с кого я спрошу, все остальные молчат, иначе получится какой-то келишь-мелишь. Договорились?
Толстячки в кожаных куртках согласно закивали.
Мы-то подумали, что Помидорыч, как Соломон, одним махом решит их спор и все сразу разойдутся, но не тут-то было, вор начал нудно копать на такую глубину, на которую не каждый следователь умудрится копнуть:
- ...Скажите, Захар, меня сейчас не интересует кафе и прачечная, меня интересует только ваш магазинчик чешской бижутерии. Кто следил за поставками и ассортиментом товара?
- Да, как-то вместе, но больше он, хотя продавцов нашел я.
- Продавцов нашли вы? Богдан – это правда? Продавцов в ларек бижутерии привел Захар?
- Ну, да, но что это меняет? Тоже мне - герой, продавцов нашел, я вообще думаю…
- Богдан, вы с Захаром обратились ко мне, чтобы думал я, не так ли? Поэтому свои думки вы пожалуйста оставьте при себе и только отвечайте на мои вопросы.
- Извиняюсь…
- Вы не можете извинить самого себя, поэтому, нужно говорить не «извиняюсь», а извините.
- Извините…
- Так-то лучше, теперь, перейдем к бухгалтерии. У вас бумаги с собой?

Нам троим стало скучно, от этих мутных бумажных дел и мы по-тихому решили удалиться, чтобы прогуляться до Привокзального базара и обратно.

Вернулись мы только часа через четыре, но успели к самому интересному.
Вор в законе все продолжал задавать свои нудные вопросы вымотавшимся толстячкам:
- ...А кто из вас договаривался с поляками насчет прессформы? ...Богдан, тот Фольксваген, на котором вы попали в аварию был записан на сестру Захара, я правильно понимаю? ...А в каком году Вы купили квартиру?   и т.д.

Но вот у судьи закончились все вопросы, он  впал в получасовое раздумье, что-то подсчитывая и прикидывая,  и наконец объявил свой вердикт:
- Решаю так: Делить деньги поровну, будет не совсем справедливо по отношению к уважаемому Захару, ведь его вклад в общее дело был значительнее, но в то же время, 80 и 40 будет тоже крутовато по отношению к уважаемому Богдану, ведь без него ваш общий бизнес наверняка загнулся бы. Он тоже не сидел сложа руки: ездил на "стрелки",  договаривался с «крышей», присылал ментам, короче, пекся о деле, как мог. Стало быть, с учетом всего тут услышанного, деньги нужно поделить так: Захару 65, а Богдану 55 штук баксов. Все, ваша тема закрыта.
Толстячки облегченно вздохнули, одному вердикт понравился больше, другому меньше, но Укроп Помидорович еще не закончил:
- А теперь, уважаемые, поскольку я решил ваше дело, решите и вы мое, я, как вы знаете, днем и ночью пекусь о воровском благе, и думаю о бродягах, которым сейчас не так хорошо, как нам, а поскольку я выкроил на ваше дело пять часов своего времени, то и вы отколите 50 штук зелени на общее дело. Это будет справедливо.
Толстяки покраснели как раки, у одного даже голова затряслась, а мужики за столом дружно закивали:
- Парав, прав, полюбому - прав…
Через минуту ошарашенные подсудимые пришли, наконец в себя и робко возразили:
- Укроп Помидорович, но как же так, почему так много, 50? Нам вообще получается не выгодно было к вам обращаться, посудите сами, если у нас всего…
Вор в законе перебил их жалкий лепет и удивленно переспросил:
- Что значит выгодно – не выгодно? Я-то думал, что вы пришли ко мне не паршивые бабки делить, а правду искать. Для правды и справедливости нет разницы одна копейка, или 120 штук грина. Так, или нет!?
- Ну, так-то оно так, но…
-А раз так, то в течение трех дней передайте деньги вот этому человеку (человек закивал) и тогда мы будем в расчете, а теперь давайте выпьем уже.
Богдан потух и заплакал, а Захар не сдавался:
- Но, Укроп Помидорович, как же так? Ведь эти деньги не все наши, мы еще людям должны немало.
- Ничего страшного, приведите ко мне тех кому вы должны и я попробую договориться, чтобы они подождали и получили с вас чуть попозже. Вы должны 50 штук грина в общак и это главное. Еще вопросы будут, или уже выпьем?
Но пить они почему-то не стали, а спешно начали прощаться.
Когда убитые горем толстячки уже ушли, да и мы с Валерой засобирались, Вор неожиданно подозвал нас к столу и строго спросил:
- Ребятишки, а кстати, чья это белая пятерка стоит в моем гараже?
Валера похолодев и уже мысленно попрощавшись со своей машиной, забормотал:
- Пятерка? Мо… моя…
Повисла гнетущая пауза и вор, глядя на Валеру как удав, медленно проговорил:
- Валера, а почему ТВОЯ машина стоит в МОЕМ гараже?
- А... так, это... мне Сашка разрешил…
Помидорыч осуждающе посмотрел на Вилку, хихикнул и обратился к своим отморозкам:
- Вы слышали, ему Сашка разрешил? Сашка разрешил… Вот молодежь пошла, не успеешь оглянуться, полный рот тебе напихают…
- Прав, прав, полюбому прав.

…Через несколько минут мы с Валеркой уже ехали в его белой пятерке, напевая по памяти: - «Ес, ит воз май вей…» и пребывали в таком восхитительном настроении, как будто  эту машину мы только что выиграли в лотерею…



ПО ГОРЯЧИМ СЛЕДАМ

«Сначала мы жили бедно, а потом нас обокрали»


Двадцать пять лет тому назад, в городе Львове, существовала одна, на безрыбье, дико популярная ТВ программа о городских хулиганах, алкоголиках, «несунах», ну и вообще - о тех кто подтормаживал перестроечное ускорение. Теперь я уже и не вспомню, было ли у нее название? Скорее всего - какое-то было.
Руководитель программы - Павел Богданович, он же ее бессменный  ведущий, все время хотел привнести в передачу какого-то драйва и серьезного криминала, ему до смерти надоели сюжеты об украденных с «Керамзавода» унитазах, о буднях вытрезвителя, или сорванных с городской клумбы тюльпанах:
- "Мы находимся в седьмом отделении милиции, позади меня вы видите Ольгу Николаевну Трущак, контролера готовой продукции завода «Полярон»
Гражданка трущак, под покровом ночи сорвала более десяти тюльпанов у памятника Ивану Франко, за что и была задержана"

Далее ведущий вешал мхатовскую паузу, изображал титаническую работу мозга, о судьбах страны и задумчиво выдавал умнейшую мысль:
- «Я вот тут подумал, товарищи – а не потому ли Ольга Николаевна Трущак работает контролером на заводе, что не может контролировать свои собственные поступки?...»

Короче, все это было довольно мелко и не спасали даже мудрые мысли звучащие в кадре.

Павел Богданович мечтал о серьезных делах: жестоких разбоях, грабежах, ну, в крайнем случае -изнасилованиях, а главное, чтобы снимать программу не только в милиции или зале суда, а непосредственно в момент преступления, ну, на худой конец – сразу после.
И вот однажды нам повезло - знакомый капитан милиции позвонил среди ночи Павлу Богдановичу и сказал:
- Собирай своих орлов, тут у меня квартирная кража, если успеешь, то сможешь снять, как мы работаем на выезде. Это на улице Ленина, в районе танка.
Шеф моментально всех обзвонил - это был его звездный час, еще бы, настоящая опергруппа на настоящей квартирной краже. Через час мы были уже на месте, разматывали кабели и устанавливали камеры (Ваш покорный слуга работал в той съемочной группе скромным «светлячком»)

В конце-концов, сюжет получился весьма боевой, правда, не такой лютый, как мечтал шеф, но все же гораздо живее, чем о каких-то вялых, подлосорванных тюльпанчиках:
- «Мы находимся в самом центре событий, позади меня окна только что ограбленной квартиры. Вы слышите приближающийся вой сирены? Это подоспела опергруппа. Поспешим же за ними, и вы, дорогие друзья, сейчас своими глазами увидите их нелегкую работу по раскрытию этого страшного преступления»

Затем пару правильных слов сказал капитан, а в конце сюжета, на закуску, мы показали воющего от бессильной злобы, самого потерпевшего - хозяина квартиры. Он терзал на голове жидкие волосенки и стонал: - «Эх, какой магнитофон, какой магнитофон, во я дурак, всю жизнь мечтал о таком, во дурак, какой магнитофон, никогда себе этого не прощу…!» (его слезы были самыми настоящими и наверняка произвели неизгладимое впечатление на нашего зрителя)

…А теперь, я расскажу о том, что же осталось за кадром:
Хозяин квартиры – тихий пятидесятилетний алкоголик, вернувшись из деревни, где провел отпуск, подошел к своему дому и заметил, что окно подозрительно приоткрыто.
Мужик поднялся на носочки, заглянул в комнату – сомнения отпали, в квартире кто-то побывал.
Не заходя внутрь, чтобы не затереть следов преступления, хозяин позвонил из автомата в милицию и стал ждать, а спустя час мы все уже были на месте.
Потерпевший с капитаном вошли в квартиру, а мы с камерой и микрофоном на «удочке» протискивались за ними.
Заботливый капитан (изрядно играя на камеру):
- Пожалуйста, не волнуйтесь, сосредоточьтесь, посмотрите внимательно вокруг и скажите – Что изменилось? Что из вещей пропало?
Хозяин вошел на кухню:
- О! Винные бутылки! Этих бутылок у меня не было. Я свои всегда сдаю, а тут целая батарея.
- Бутылки? Хорошо. А, еще?
- Вот, эта свечка на столе. Я сам никогда не жгу свечей, у меня же лампа.
- Так, все ясно – воры в ваше отсутствие организовали тут небольшой притон.
- Товарищ капитан, смотрите, мой кубик – рубик!
- И что?
- Ну, как что? Он ведь полностью собранный по цветам, а я же этого не умею, даже одну сторону ни разу не складывал.
- Воры умеют собирать кубик – рубик – это хорошо, уже зацепка. Потерпевший, вы лучше скажите – что у вас пропало?
- Так, вот еще карты, точно не мои, я в карты не играю.
- Ну, а пропало что?

Тут, мы всей съемочной группой посмотрели по сторонам и как-то сразу поняли, что ничего отсюда  пропасть не могло. Никому не нужен буфет с треснутым стеклом, или выцвевшие занавески с сигаретными ожогами. Мужик жил, ну совсем уж не богато: радиоточка, железная койка, ржавые тазы на шкафу, на стенах раскрашенные фотографии деревенских родственников, веник, совок, половая тряпка, вот пожалуй и все добро. Поживиться явно нечем.
Но тут, все присутствующие, вдруг обратили внимание на что-то блестящее под кухонным столом. Вытащили и о чудо - это оказался огромный японский двухкассетный магнитофон.
Воцарилась тишина, даже оператор перестал снимать.
Более чужеродного предмета в этой квартире трудно даже вообразить.
По тем временам, чтобы накопить на такой магнитофон, нужно было года два: ни есть, ни пить и не дышать, плюс еще  чуть-чуть залезть в долги...
Потерпевший посмотрел на чудо японской природы, облизнул сухие губы и, заикаясь, заговорил:
- То..товарищ капитан, раз уж я пострадал от воров, то может пусть их магнитофон останется у меня, в виде ком… это, компенсации?
- С каких это херов он останется у тебя? Выключите пока камеру. В чем это ты пострадал? В том, что воры твой кубик-рубик по цветам собрали, пока ты в отпуске был? Так себе убыток, на возмещение не тянет, скорее ты им должен.
Значит так, магнитофон я забираю, он наверняка с другой кражи и вообще, нахрена тебе такая дорогая вещь? Соседи узнают – пристукнут. Так, что скажи нам спасибо, за то что избавили.
- Товарищ капитан, Богом прошу, оставьте магнитофон, вдруг за ним воры придут, что я им скажу? Они же меня убьют.
- Отсылай их ко мне, я сам им все скажу. Ладно, до свидания, честь имею.
- Эх, какой магнитофон, какой магнитофон, во я дурак, всю жизнь мечтал о таком, во дурак, какой магнитофон, никогда себе этого не прощу…!


ПРИСЯДУ НА ДОРОЖКУ

Один авторитетный урка, при всей камере,  оскорбил другого авторитетного урку.
Поднялся большой скандальеро и начались жуткие "рамсы" и разборки. В конце-концов дело дошло до воров в законе сидящих в другом городе, они подумали-подумали и прислали "маляву" о том, что обидчик обязан извинится при всей братве, перед незаслуженно оскорбленным.

Хочешь - не хочешь, а надо извиняться, иначе голова с плеч...

Собралась вся "хата", зэки замерли в ожидании.
Обидчик подошел к оскорбленному, снисходительно - легенько  похлопал его по щеке, сделал паузу  и сказал всего два слова: - "Не обессудь..."

Развернулся и ушел.
Формальности были соблюдены, конфликт исчерпан, но осадочек остался...

К чему это я? Да к тому, что я тоже хочу извинится перед всеми вами и не формально, как тот урка, а от души.
Извините,  за то что улечу от вас дней на пять в командировку в город - герой Сочи.  А построили  ли там интернет? Кто знает?
Не факт, что с такими темпами успели ввести в эксплуатацию Черное море, скорее всего - воду налили, а котлован под море, выкопать, как всегда  не успели...

Извините друзья мои и счастливо оставаться... :)