Category: литература

БОЕВИКИ И ПОЭЗИЯ

Как тесен мир. Не прошло и года, как я снова встретил того самого Пушкина по имени Лиза. Только уже не в электричке, а на автобусной остановке в Одинцово.
Я проезжал мимо на машине, глянул и сразу же узнал, несмотря на то, что она здорово подросла. На этот раз Лиза была не с мамой, а с дедушкой.
Я остановился, опустил окно и игриво сказал:
- Сударыня, позвольте вас подвезти?

К моему удивлению, она меня тоже сразу узнала и ошарашенному дедушке сказала:
- Поехали, не бойся – это мой друг, я его знаю.

Стоять там долго было нельзя, пришлось наскоро все объяснить деду, дед засмеялся и сел в машину:

- Ох уж эта Лиза, ну везде у нее друзья. Даже удивительно, какой компанейский ребенок.
- Ну, это же здорово, с ней не пропадете. Вот ведь, совсем маленькая, а уже дедушку на машине катает.
- В смысле, катает? А, ну да, Ха-Ха.

Ехать было недалеко, остановки три. По дороге Лиза похвастала, что в этом году пойдет в школу и что скоро у нее новый танцевальный конкурс в Москве.
Я спросил:

- А стихи ты не начала случайно писать?
- Не-а. Писать я еще не совсем умею, вот в школу пойду, научусь и тогда буду.
А помните, как мы играли в электричке в стихи? Давайте опять поиграем.

Но мы уже подруливали к их дому, я остановился и стал прощаться.
Дед от души поблагодарил, а Лиза попросила:

- Ну, скажите на прощанье какое-нибудь слово, а я придумаю с ним стишок. Как тогда.

Я задумался, что бы такое задать позаковыристей, включил радио и оттуда сказали:

«…были уничтожены два боевика.»

- А, вот тебе и фраза: Были уничтожены два боевика.

Лиза нахмурилась и спросила:
- А это хорошо, или плохо?
- Ну, боевики ведь плохие люди – это бандиты, значить очень хорошо, что они были уничтожены.

Лиза кивнула, улыбнулась и радостно, с выражением прочитала:

- Были уничтожены два боевика.
Ур-а-а! - кричало небо,  бабы и река...

ПУШКИН

Пушкину было лет шесть и был он прехорошенькой кудрявой девочкой с красивым именем Елизавета.
Рядом с Елизаветой сидела ее мама, одной рукой она придерживала чехол с бальным платьем, другой, держала у уха телефон.
Лиза, обмахиваясь веером, откровенно скучала. Электричка только покидала Москву, а мама перманентно трепалась с подругами по телефону. Людей в вагоне было совсем мало и девочка смело взялась за меня:

- Дядя, а почему у вас женская сумочка?

Мама, не отрываясь от телефона, без энтузиазма упрекнула:

- Лиза, не приставай к дяде.

Я возразил:

- Ну что вы, она мне нисколько не мешает, наоборот, за разговорами и дорога веселее.

Мама удовлетворенно кивнула и уже больше не возвращалась из глубин своих телефонных интриг.

Я ответил:

- Это сумочка не женская и не мужская, это сумочка для фотоаппарата.

Потом Лиза рассказала, что они с мамой были в Москве на танцевальном конкурсе и что она заняла там четвертое место. Девочка задавала железнодорожные вопросы, а я подробно отвечал: Почему рельсы стучат, зачем нужны шпалы и для чего электричка упирается в провода.
Потом она предложила:

- Дядя, а давайте во что-нибудь поиграем.

Я, не долго думая, предложил играть в города, но дело у нас не пошло, ведь Лиза еще не знала ни одного города кроме Одинцово и Москвы. Тогда я предложил играть в рифмы и быстренько объяснил что такое рифма.
Девочка сразу поняла и со скоростью компьютера стала выдавать очень необычные, но филигранные рифмы на любые, самые сложные слова. Уже тогда я почувствовал что-то не ладное, но не подал виду, а  Лиза сказала:

- Просто рифмы – это не интересно, давайте, вы мне будете говорить слово, а я буду придумывать маленький стишок с этим словом.

А не слишком ли самоуверенно, для шестилетней девочки? Подумал я и сразу решил начать с чего потруднее:

- Ну, придумай мне стишок со словом... со словом, скажем – Укупник.
- А что это такое?
- Это такой человек, у него фамилия Укупник.

Лиза закрыла глаза и без всякой паузы, дирижируя себе рукой, с выражением произнесла:

- Ко мне под юбку заглянул Укупник,
  но, я не испугалась,
  там подъюбник…


Я просто остолбенел и почувствовал себя сеньором Сальери, слушающим Реквием Моцарта.
Ни я, ни кто либо из моих знакомых, кроме, наверное, Димы Быкова, не смог бы вот так сходу выдать что-то подобное, а тут шестилетний Пушкин в электричке.
Мама Пушкина зашевелилась и не отрываясь от телефона бросила:

- Лиза, на следующей выходим, скажи дяде "до свидания", не забудь веер и пойдем.

Девочка встала со скамейки и быстро заговорила:

- Давайте скорее, а то нам выходить, последнее-припоследнее слово, чтобы я сочинила последний стишок.

Я, еще не до конца очухавшись от подъюбника, выпалил совсем уж немыслимое:

- Павка Корчагин.
- А что это – павкакарчагин?
- Это тоже человек, Павка, ну, Павел – имя, а Корчагин – фамилия. Павка Корчагин.

Пушкин кивнул, закрыл глаза и с выражением выдал:

- В домике том, где жил Павка Корчагин,
  было темно,
  только палки торчали…


До свидания, дядя.

После того, как Лиза с мамой вышли, я еще целых полчаса приходил в себя, чуть свою остановку не прозевал, ведь такого уровня рифмы мог выдавать как минимум Высоцкий, да и тот, наверняка не моментально, а после бессонной ночи.
Хоть бы ей поскорее объяснили, что она – Пушкин.
Ай да Лиза, ай да сукин сын…

АДВОКАТ

«Здравствуй, племя Младое, незнакомое…»
(А.С.Пушкин)


Смотрю я на своего сына – пятиклассника и думаю: эх, жаль что он не встретился с моим отцом, а то я с удовольствием посмотрел бы как  Юра загоняет в тупик и заставляет беспомощно улыбаться своего сурового деда.
Во всяком случае, я в пятом классе и близко не умел так ловко выкручиваться из положения «враг народа с несделанной домашкой».

На днях, Юра цинично  нахватал три двойки по математике, но все тайное стало явным. Я, вне себя от злости,  подозвал его, еще не зная как наказывать, но видимо, одними словами было не обойтись, ведь двойки были не за знания, а по халатности: Забыл тетрадку, прогулял контрольную, не сдал "домашку".
Короче - законченный злодей.

Экзекуцию я начал с беседы:

- Я даже не представляю себе, что бы за такое со мной сделал мой отец. Убил бы, наверное. Меня даже за тройки пороли.

- За тройки?!

- Представь себе, за тройки. Отец брал свой резиновый тапок и…

Юра приблизился ко мне, неожиданно обнял, погладил по голове и грустно сказал:

- Бедный папочка, сколько всего тебе пришлось пережить. Но, ты не думай об этом, все уже в прошлом, ты ведь теперь с нами…

Вот и вся экзекуция.

А сегодня Юра пришел из школы и заявил:

- Папа, я может стану адвокатом, у меня сегодня получилось.

- Ты был сегодня адвокатом?

- Да, защищал одну девочку. Выиграл дело и даже гонорар от нее получил – целый карман мармеладных дракончиков.

- А ну-ка расскажи.

- Есть у нас преподаватель по литературе  Петр Семенович -  вредный старик и жесткий пушкинист.

И вот, Алла Вострякова отвечала ему у доски и что-то, не то, ляпнула про Пушкина. Петр Семенович, аж затрясся. Стал кричать, спорить: «Ах, Пушкин! Ах, стыдно не знать! Я изучаю Пушкина уже сорок лет изо дня в день! А Вы! А вы!»

Короче, двойку ей поставил.

Алла плачет, а дедок вьется над ней, как коршун: «Сорок лет! Слышите? Сорок лет!»

Все притихли, а я не выдержал, поднял руку и говорю: «Петр Семенович, но ведь это нечестно, вы изучаете Пушкина сорок лет, а она только пять, да и то не каждый день… и вообще, вы меня, конечно, извините, но на вашем месте, я бы не признавался, что изучаю Пушкина целых сорок лет. Пушкина можно изучать, самое долгое, тридцать семь лет. И все, конец. Вы и так уже последние три года изучаете, как Пушкин в гробу лежит и переворачивается»

Петр Семенович сначала долго смеялся, потом исправил Алле двойку, а мне сказал: - «За то что рассмешил, прощаю. Вы, молодой человек, великим адвокатом будете…»


...Нравится мне новое поколение, оно гораздо свободнее нас – советских пионеров. Тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить…



ПРОЙДИТЕ В КАССУ

В первый день старичок читал книгу стоя у маленького окошка, там светлее.
Положил ее на подоконник, оперся локтем на свою палочку и аккуратно перелистывал глянцевые страницы, то и дело воровато озираясь.
Все-таки, не библиотека, а книжный магазин.
Молоденькая продавщица, так и не дождавшись, что старик начитается и уйдет, сжалилась и принесла ему деревянный приступочек.
Вначале дед отчаянно протестовал и отказывался, но потом все же уселся и горячо поблагодарил, ведь стоять в его возрасте, да еще и несколько часов подряд…
Продавщица попросила: - «Только постарайтесь не попадаться на глаза нашей заведующей, она не приветствует избу-читальню»
Дедушка, хоть и пообещал, но все-таки нарвался.
Мимо проходила платиновая блондинка, лет сорока пяти, она остановилась, с укоризной посмотрела на читателя, недовольно помотала головой и ушла, нервно цокая шпильками.
Пару раз мимо проходил гордый охранник магазина, он пытался заинтересоваться непрошеным читателем, но гордость ему не позволила и охранник ушел.

Во второй день, дедушка опять пришел к «своей» толстенной книге, только приступочка рядом не оказалось, пришлось читать стоя. В этот день он даже что-то переписывал из книги в свой маленький блокнотик.
Продавщица поздоровалась и попросила читать аккуратно, чтобы не испортить товарного вида, книга-то недешевая, а еще, хоть немного отойти за стеллаж, чтобы не мелькать на караванных путях заведующей.
Но, рано или поздно,  застучали неотвратимые стальные шпильки -  на горизонте опять появилась платиновая блондинка, и по официальному тембру ее голоса, сразу стало понятно, что она и есть заведующая:
- Уважаемый, у нас тут не изба-читальня, если вы выбрали книгу, то пожалуйста пройдите в кассу.
Дед растерялся, как школьник, которого поймали с сигаретой, и виновато улыбаясь, робко возразил:
- Да, я бы с удовольствием ее купил, но очень уж дорогое издание - 1740 рублей. Пожалуйста, не гоните меня, я очень, очень аккуратно.
- Я, конечно, все понимаю, но это тоже не дело…
Платиновая блондинка повернулась и ушла со строгими губками.

На третий день деревянный приступочек был на месте, старик без приглашения уселся и как всегда погрузился в чтение «своей» книги, но тут подошла молоденькая продавщица, поздоровалась и как бы оправдываясь заговорила:
- К сожалению, нельзя вам больше тут читать, мне и так из-за вас влетело…
В этот момент, легка на помине, из-за стеллажа вынырнула платиновая блондинка и строго сказала:
- Галя, вы опять мне тут избу-читальню устроили?
- Все, все, Тамара Пална, он уже уходит.

Заведующая взяла из рук старика трехкилограммовую книгу и бесстрастно-энергично ее пролистала, устроив некоторый ветер. Это был какой-то тысячестраничный исторический фолиант о династии Романовых.
Заведующая глянула на продавщицу и сказала:
- Идите, Галя, работайте, я сама тут разберусь.

Галя ушла, а платиновая блондинка взяла книгу одной рукой за угол, и… неожиданно разжала пальцы. Книга сорвалась в пропасть и очень больно ударилась об пол.
Дед ойкнул, он даже дернулся, чтобы попытаться поймать ее налету, да куда там, только свою палку свалил и самодельный очечник выронил.
Заведующая подняла книгу с пола и громко позвала:
- Галя! Галя! Подойдите пожалуйста.

Вернулась Галя, заведующая указала ей на погнутый угол книги и сказала:
- Смотрите что у нас тут: углы замяты и суперобложка надорвана. Это последний экземпляр?
- Да, Тамара Пална, последний.
- Тогда забирайте ее и оформите «некондицию», поставьте 120 рублей.

Тамара Пална повернулась к старику и спросила:
- 120, вам будет нормально? Да? Ну, вот и хорошо, на здоровье.
Пройдите в кассу…




СТРАТЕГ – ПОДКАБЛУЧНИК

«Нынешний же пламенный юноша отскочил бы с ужасом, если бы показали ему его же портрет в старости…»
(Н.В.Гоголь)


Пришла, тут, мне в голову милая идея – а не купить ли воздушный пестик, чтобы летом пулять на даче по пластиковым бутылкам?
И сыну должно понравиться.
Дорогой покупать не хотелось, да и вообще новый мне ни к чему. Решил купить простенький, БУ-шный, но работоспособный. Наверняка ведь нашего задора хватит на баночку патрончиков и  получасовую войну, не больше.
Начал шарить по сайтам, цены от 700 рублей, за убитые экземпляры из которых даже до собственной головы не дострельнешь, и до 2500 за новый, в смазке.
Вдруг вижу объявление:

«Продаю пневматический пистолет ИЖ 1976 г. в. экспортный вариант.
Состояние идеальное. Все детали родные (!!!) Не ремонтировался.
Цена 65 000 руб. Без торга.
Тел. х ххх ххххххх. Сергей»


Я долго думал, но понял, только одно - моя жизнь уже никогда не станет прежней, такой же ясной и беззаботной, как до того, как я прочитал это странное объявление.
Что это было? За такую рухлядь 65 000 рублей без торга? Это же не серебряный голландский GPS Петра Первого, а всего лишь старый, советский пневматический пистолет. Я бы даже сказал – пестик…
Любопытство пересилило и я позвонил этому загадочному Сергею:
- Э… Сергей? Добрый день, я по объявлению, по поводу пневматического пистолета ИЖ.
Мужской голос в трубке весело рассмеялся:
- Да, это мое объявление. Просто аншлаг, за последний час  вы уже второй. Что, хотите приобрести?
- Если честно, то хотелось бы узнать подробности: из него Пушкина застрелили, что ли?
- Ха, нет, не Пушкина, все гораздо проще. Вы женаты?
- Да, а что?
- Тогда вы меня поймете и не осудите. Тут такая фигня, ну, в общем, я давно хотел себе купить пневматическую винтовку «Вальтер», так, для души, по пивным банкам пулять. Только винтовка эта не простая, а очень не простая. Сорок пять тысяч стоит – ружейная сталь, оптика, сошки, все дела. Но если я заикнусь об этом жене, то она мне голову откусит. Скажет: - «Сережа, ты с ума-то не сходи! Забудь! За сорок пять тысяч можно шубу мне купить, или новую стиральную машину!»
Вот поэтому я даже и не заикался.
Ну, вот, накопил я потихоньку заначку - 65 тысяч и вчера разместил это объявление, подожду  пару дней, подсуну жене, чтобы увидела, а там и прикрою лавочку. Этот пистолет отец еще в детстве мне подарил, так, что вроде как жена идет мимо него. Теперь вот, кхе – кхе, «продам» свой раритет, куплю винтовку и даже «сдача» для жены останется, чтобы не сильно нервничала.
Что, тяжко живется нам подкаблучникам? А что делать? Люблю я ее… мою хорошую.
А кстати, может пистолет у меня заберете? За тысячу уступлю, да хоть и за пятьсот, все равно, а то жена, если  найдет, она же меня из "Вальтера" пристрелит и с дерьмом съест…

…Делать нечего, в выходные поеду, куплю, спасу человека от такой изощренной и позорной смерти, к тому же и пестик вроде ничего - не битый, не крашеный и хозяин один…




УМНЕЕ НА ПУЛЕМЕТ

"Книги — корабли мысли, странствующие по волнам времени и бережно несущие свой драгоценный груз от поколения к поколению"
(Бэкон Ф.)





К общецеховому ниагарскому грохоту прибавилась еще какая-то адская дрель и наш молчаливый звукорежиссер показал руками окончательный крест.
В съемке возникла непредвиденная пауза, пока не стихнет грохот.
Делать нечего и мы забрели в самый дальний и настолько тихий уголок цеха, что в нем можно было даже разговаривать, почти не переходя на крик.
Оператор Дима присел на сварочный аппарат, положил голову на камеру и задремал, я хотел последовать его примеру, но со мной завел разговор молодой рабочий Вова:
- Так-то клево тебе, ты режиссер, в Москве живешь, а мы тут в Тагиле за копейки корячимся на своем заводе, так и подохнем. Обидно даже.
- А, что мешает? Стань и ты режиссером. Я между прочим тоже не режиссером родился, я, например, родился всего лишь четырехкилограммовым бутузом - слесарем сборщиком второго разряда и тоже работал на заводе, но почти вовремя взялся за ум и в конце-концов стал режиссером.
- Так ведь ты в институте учился.
- Ну, а как же, с третьего раза поступил и учился.
- Так еб тыть, откуда у меня бабки на институт? Тут хоть бы на жизнь хватило.
- Нет денег, займись самообразованием – это практически бесплатно, зато здорово мозги в порядок приводит.
- А че это за херня? Где им заниматься?
- Читай книжки. Книги развивают подвижность ума и многократно увеличивают словарный запас. Хотя бы начни и почувствуй от этого кайф. Обещаю – очень скоро ты втянешься и станешь совсем другим, человеком.
- С хера ли другим? От книжек?
- От них, мой друг, именно от них. Читать нужно каждый день, чтобы узнавать что-нибудь новое, о чем еще вчера и не подозревал. Я, например, когда-то изучил кое-какую музыкальную литературу, потом за пару лет изрядно замучил рояль и поди ж ты – выучился таки играть на фоно. Теперь, если пригодится (и, кстати, пригождалось не раз), могу на съемочной площадке показать, не очень расторопному пианисту, как играть тот или иной музон.
Или, например, я любому актеру сумею объяснить - как держать локти, как доворачивать кулачки, и куда должны смотреть носки его ног, чтобы зритель не заметил, что этот актер впервые в жизни надел боксерские перчатки, а действительно поверил, в то, что он серьезный боец.
И при этом я не заканчивал ни музыкальную школу и не состоял в школе олимпийского резерва и даже на режиссерском факультете меня ничему такому не учили, просто все время читал, тренировался и всегда приставал к умным людям с глупыми вопросами - это и есть самообразование.
Сейчас вот, перед сном читаю книгу о немецком пулемете MG-34, даже не знаю – зачем это мне, но чертовски занимательное чтиво, к тому же, я более чем уверен, что рано или поздно - это наверняка где-нибудь мне в жизни пригодится, бесполезных знаний не бывает, а если даже и не пригодится, то все равно я стану умнее на целый пулемет MG-34, тоже ведь не плохо, как думаешь?
- Какой, нахер пулемет!? Я же о жизни говорю! Если сидишь в жопе, как я, то никакие блядь книжки тебе не помогут!
- Почему не помогут? Ты ведь даже не пробовал. Вот ты, Вова, наверняка давно заслужил черный пояс и достиг предела совершенства в бухании пива в подъезде с друзьями и плевании на дальность, ну, так заканчивай это дело и уйди из большого спорта непобежденным, открой книгу и начни изучать что-нибудь еще, смотришь и жизнь твоя в корне изменится, расширятся горизонты и ты вдруг найдешь себе новую интересную работу.
- Да, че за нахуй!? Причем тут книги!? Это че, я приду на какую-то хорошую работу и скажу: «Я заебись как дохуя много книг прочитал, возьмите меня на работу?» Так что ли?!

Тут оператор Дима, не отрывая головы от камеры, неожиданно ответил:
- Нет, Вова, не так, если бы ты действительно прочитал много книг, то никак не смог бы такого сказать.
- С хуя ли не смог бы?


…Адская дрель неожиданно заглохла и можно было идти снимать дальше…



БУМЕРАНГ

В свой законный выходной я сидел на диване и читал теплую и уютную книгу, а рядом мой сынок расковыривал глубины интернета и с интервалом в сорок секунд пугал меня неожиданными криками: - «О, папа, папа, смотри какие милые котики нападают на робота...!» или «Извини, глянь на секундочку, я промотаю до самого падения. Как ты думаешь, он убился, или остался жив?»

Каждые пять минут я взрывался и со строгим лицом толкал примерно следующую речь:
- Юра, ты уже взрослый человек и вполне способен хотя бы десять минут обходиться без родителей. Видишь – я читаю…

Минут пять тишины получалось выгадывать, но не больше, потом опять начиналось: - «А зачем повар наливает по ножу?» … «Ничего себе - такая маленькая змейка, а сожрала такую здоровую лягушку!»

Наконец Юра сказал:
- Папа, пока ты переворачиваешь страницу, я быстренько тебе прочитаю одну фразу, я считаю, что за такие слова нужно лишать людей родительских прав и навсегда отбирать у них детей. Как ты думаешь?

Сын прочитал фразу, и у меня взорвалась голова…
- Ты где ее вычитал!? А ну покажи!
Юра показал, и я рассеяно подтвердил, что да, наверное, ты прав – надо лишать…
После этого я быстро сунул в книгу закладку, и к радости сына, предложил немедленно одеваться, брать санки и отправляться на горку.

P.S.

Когда-то, много-много лет тому назад, нас с женой пригласили в одни веселые гости, но, к сожалению, пришлось отказаться, ведь у нас по квартире шлялся маленький Юрочка, который только совсем недавно догадался, что можно ходить. Его абсолютно не с кем было оставить.
Расстроенная жена грустно сказала:
- Эх, жаль, что у ребенка нет кнопки «вкл» и «выкл»

На что я ответил:
- Если бы у ребенка была такая кнопка, то он давно бы уже пылился в гараже.

Жена  шутку оценила и тут же поделилась ей со своими интернетовскими подругами.

И вот, спустя восемь лет, моя же шутка, как бумеранг, вернулась обратно  с неожиданной стороны и больно стукнула по затылку…



КОВАРСТВО И ЛЮБОВЬ

Сегодня мы с сыном поневоле позабавили и подняли настроение целому вагону метро.
Мелочь, а приятно, правда остался грустный осадочек.
А дело было так:

Народу ехало совсем немного, но все сидячие места в вагоне были заняты.
Сижу читаю книжку, рядом стоит мой Юра и  изучает схему метро.
На остановке вошла старая бабушка опираясь на палочку, за спиной большой, игривый рюкзак со спайдерменом, за руку она вела хорошо откормленного школьника лет восьми – девяти с липкой сосательной штуковиной во рту.
Но в тот момент я всех этих подробностей еще не видел, а просто не отрываясь от книги, периферийным зрением заметил сам факт появления старушки и поскольку с детства был удовлетворительно воспитан, автоматически стал подниматься со своего места.
Мужик сидящий рядом со мной, тоже был недурно воспитан и тоже стал подниматься. Его-то место и заняла бабушка, а возле меня, выжидательно-вопросительно застыл ее внук.
Поскольку старушка была уже вполне устроена, я так же, не отрываясь от своей книги, медленно опустился обратно на свое место.
Бабка быстро смекнула - как все же освободить мое место для горячо-любимого внука, поднялась со своего сидения, вместо себя усадила выкормыша, а сама тяжело дыша нависла надо мной и выдала такой печальный образ, что любой на моем месте должен был почувствовать себя веселым фашистом, который просто по-инерции, ну и для поддержания фашистской формы, убивает родную мутер...
Весь вагон ждал от меня поступка и я решил, что не стоит этой бабушке, которая плохо воспитывает  своего внука, решать свои транспортные проблемы за счет моих родителей, которые хорошо воспитывали своего сына.
Я оторвался от книги и укоризненно сказал откормленному пареньку сидящему рядом:
- Как же тебе не стыдно? Твоя любимая, старая бабушка, еле стоит со своей палочкой, да еще и с твоим портфелем, а ты молодой и здоровый, сидишь, как ни в чем не бывало?

Мальчик недовольно насупил бровки и нехотя стал подниматься. Но бабушка остановила его и напротив, в метах пяти от нас, нашла себе новую жертву – чернокожую супружескую пару.
Подошла к объекту, опять тяжко нависла и негр не заставил себя долго ждать - тут же поднялся.
На следующей остановке  рядом с бабушкой освободилось два места, одно снова занял негр, а на другое старуха положила свою клюку и стала подзывать внучка.
Мальчик нехотя встал, потянулся и пошел к бабуле. На его место тут же плюхнулся мой Юра и одновременно с этим, в вагон вошел древний, скрюченный дед с медальными планками, годящийся старухе в отцы.
Он молча поднял палочку с занятого места, торжественно вручил ее бабке и сам сел.
Так до конца поездки, недовольный, хорошо-упитанный внук и простоял возле своей хитрой, но недальновидной бабушки, а весь вагон, глядя на них, че-то веселился…

ОДИНОЧЕСТВО

«Два одессита разглядывают афишу.
- Рабинович, Вы посмотрите, к нам с лекциями приезжает создатель теории относительности – сам Альберт Эйнштейн!
- Да? И шо у него за теория?
- Если в двух словах, то – час, проведенный с любимой женщиной, может показаться одним мгновением, а мгновение, проведенное голым задом на горячей сковородке, покажется вам целым часом…
- И шо, Ваш Эйнштейн, собирается удивить Одессу этой хохмой…?»



Мой институтский приятель, Арам, однажды на целых две недели и четыре дня, стал самым несчастным человеком во всей вселенной.
Самым несчастным, потому что безумно одиноким. Он был последним человеком на земле.
Врагу не пожелаешь…

Девятнадцатилетний Арам – профессиональный музыкант, скрипач, как-то в кои веки прилетел из Питера навестить свою бабушку.
Старушка была счастлива увидеть любимого внука и утром, чуть свет, побежала на базар за вкусностями, а по пути -  за родственниками, чтобы позвать в гости и поделиться радостью.
Внука будить не стала, пусть ребенок выспится с дороги. Наконец Арамчик проснулся в пустой квартире, проделал ежедневную утреннюю зарядку в виде игры на скрипке (с которой никогда не расставался) и перешел к водным процедурам.
Наполнил ванну, набултыхал высокую пену и влез с недочитанной книжкой, чтобы, не спеша покайфовать и погреться.
Хорошо в гостях у бабушки…
Вдруг, как это всегда бывает – очень не к месту, наступил конец света.
Причем – конец во всех смыслах.
Погас свет и тут же сверху с грохотом упал потолок…
Некоторое время Арам все еще продолжал сидеть в воде, держа перед собой открытую книгу.
Со временем пришел в себя и понял, что потолок, хоть и рухнул, но не до конца, иначе, было бы некому это понимать…?
Пощупал, оказалось – правда, потолок дошел до пола только с одной стороны, даже ванну подвинул, оторвав с корнем от труб.
Теперь ванная комната стала втрое меньше и с косым потолком.

Неизвестно по каким признакам, но несчастный Арамчик понял, что – это не сон и не ядерная война, просто весь мир взял и ушел под землю.
Все, человечество кончилось. Все кроме него уже умерли.
Но, почему же смерть не приходит за ним – несчастным голым человеком, сидящим глубоко под землей в кромешней тьме, в остывающей ванне…?
И тут до него дошло – а ведь первым человеком на земле был Адам и последним видимо должен стать он – Арам.
Легче от такой догадки не стало.
Вода совсем остыла, наверное, потому, что последним временем года, перед концом света, была зима.
Обогнул головой потолок, нащупал и выдернул пробку.
Вода быстро отступала от замерзшего тела, журча где-то на полу, когда ее оставалось по щиколотки, Арамчик, вдруг опомнился, перепугался и быстро воткнул пробку назад.
Хоть  и неизвестно, где тут верх и низ и что будет дальше, но ведь он осколок старого мира, а в старом мире, без воды никак…
Попробовал вылезти из ванны – получилось, но пришлось стоять согнувшись, повторяя телом новые контуры стен и потолка.
Каждый когда-нибудь умрет, но все мы в глубине души мечтаем умереть в своей постели в возрасте ста двух лет, окруженные безутешными внуками и правнуками, большинство из которых – президенты самых могучих стран мира…
Да, и самое главное – мы должны не просто банально умереть, а обязательно спасая мир, пусть и лежа в постели…

Но как же тоскливо подыхать в темноте и в полном одиночестве.
Чтобы как-то занять время, Арам решил его считать.
Нащупал корзину для белья, насобирал зубных щеток, тюбиков, пузыречков, кусков мыла, всего, до чего смог дотянуться.
В своей книжке отсчитал ровно 60 листов, остальные аккуратно выдрал.
И время пошло.
Каждую минуту Арам переворачивал страницу, когда минуты складывались в час, бросал в корзину для белья зубную щетку или тюбик, когда проходили сутки, пересчитывал предметы, вынимал их обратно и в сухом углу складывал кусок мыла – день прошел.
В первые три дня есть совсем не хотелось, но на пятые сутки конца света, голод стал невыносимым.
Пробовал есть мыло и пасту. Не получилось. Хорошо, хоть вода еще оставалась.
Так изо дня в день, чтобы не думать о будущем и не сойти сума, последний человек, превратился в пока еще живые часы. Вспоминал ушедший мир и машинально отсчитывал страницы-минуты.
Спал мало и тревожно, неожиданно просыпаясь от кошмаров и холода.
Целыми днями играл на воображаемой скрипке (не забывая перелистывать в книжке минуты)
В конце первой недели бедняга сильно простудился и заболел, чуть концы не отдал, но спустя три дня, каким-то чудом пошел на поправку и почти совсем выздоровел.

Через две недели, а точнее через 15 дней и 7 часов, в ванне закончилась грязная, мыльная, но такая желанная вода.
Наконец-то и к нему, в центр земли пришла смерть…
Прошло еще двое суток и Арам услышал какой-то гул.

С этого момента последний человек уже не мог быть живыми часами, ведь развязка стала так близка.
Гул все нарастал, вдруг комнатка озарилась ярким светом. Может, на самом деле, света было не больше, чем от стрелки компаса, но после трех недель абсолютной темноты, и от него можно было ослепнуть.
За стеной послышалась английская речь и Арам, от счастья мысленно подпрыгнул до своего низенького потолка…
Значит – это не конец света, а всего лишь ядерная война с Америкой…
А когда сквозь потолок влезла маленькая пахнущая псиной собачка, это стало самым счастливым событием во всей его прошлой и будущей жизни…
Рано или поздно, Арам, абсолютно голый, все еще щурясь на свет Божий, вылез из под обломков бабушкиной пятиэтажки, увидел удивленных НАТО-вских солдат, поднял руки и громко закричал на ломанном английском:
- Не стреляйте, я сдаюсь!

«Американская военщина» оказалась иностранными спасателями, прилетевшими в Спитак, чтобы помочь в поиске живых.

Вскоре, за чудом уцелевшим Арамом, примчались родители и без скрипки, зато с бабушкой, забрали обратно в Питер.
____________________________________

Но вернемся к старику Эйнштейну.
Оказалось, что живые часы Арама, чуточку спешили.
На самом деле, в своей гробнице он пробыл не две недели и четыре дня, а… всего лишь 29 часов…




НЕСЧАСТЬЯ КУСОК

Я спас от фатального обезвоживания всю семью бывшего КГБэшника Юрия Тарасовича – привез ему на дачу пару упаковок воды.
Сидим на кухне, пьем чай.
Кстати сказать, я давно заметил, что все наши спецслужбы начиная от КГБ и заканчивая ГРУ, ФСО и ФСБ, почему-то обожают пить чай и не просто чай, а из разных листьев и кореньев. При чем все они очень тонко в нем разбираются. Просто бабки-ежки какие-то, только вместо - «чуфырь-чуфырь» они приговаривают - «эх, хорошо, какой аромат…» Сколько я с ними не пересекался, все - либо тащат на стол закопченный чайничек, либо говорят – «жаль времени мало, а то я бы вам такого чайку заварил…»
Наверное это пошло еще с того бойкого солдатика, который к Ленину с чайником приставал…
Но вернемся на дачу. Пока я вас тут отвлекал беседами о чабреце и мяте, Юрий Тарасович уже вовсю ругал свою правнучку, за то, что та пыталась убить бабушку…
Правнучка Лиза давила из себя слезу и так грустно морщила лобик, что если бы в этот момент ее увидели органы опеки, все. Лишили бы Тарасыча прадедушкиных прав.
Тарасович:
- Лиза, как ты могла? А если бы бабушка еще позже заметила, что у нее ботинок привязан к батарее?! Грохнулась бы тут и умерла! Ты этого добивалась?!
Лиза:
- Я пошутить хотела, думала, что ей будет весело…
Наморщенный лобик сделал свое дело, Юрий Тарасович смягчился, но строго сказал:
Выбери из того шкафа любую книгу и неси сюда.
Лиза, как истинная женщина выбрала красненькую и толстенькую.
Тарасыч открыл наугад и сказал:
- Тебе повезло, что это хотя бы стихи. Иди наверх и не возвращайся пока не выучишь вот это стихотворение о советском паспорте. В следующий раз будешь знать, как над людьми шутить.
Грустная Лиза с тяжелым кирпичом в руках скрылась наверху и я сказал:
- Дядя Юра, а не крутовато ли? Она же хотела только пошутить. Я вот в свои семь лет, помню маму с работы встречал, так вообще лежал в виде трупа, весь в томатном соке и с ножом в груди. Бывает…
Тарасыч:
- А если бы бабка рухнула, да еще и на Лизу? Где бы я тут больницу искал? Шутки и приколы до добра еще никого не доводили кроме Жванецкого. Я на той неделе заезжал в госте к Пашке. Пашка бывший советский мент, а теперь адвокат, так вот он почти сорок лет тому назад так доприкалывался, что самому до сих пор тошно. И человека довел, что тот чуть не повесился из-за того, что не мог застрелится…

- ...?
Тарасыч продолжил:
- Паша решил похвастать своим новым карабином. Открыл сейф, я смотрю – а из внутренней стенки двери торчит пистолет Макарова. Ну не то чтобы торчит, а как бы боком вдавлен в дверь. Как будто сейф не стальной, а пластилиновый.
Я удивился, спрашиваю:
- А как это ты в дверь «макарыч» вогнал?
Паша и говорит:
- Да он не целый, а только половина пистолета, как половинка хлеба. Вторую его половину я на круге сточил, а эту на память эпоксидкой к двери приклеил.
Я говорю:
- Ты охренел что ли?! Из боевого оружия аппликации строить!
И тогда Паша поведал свою жуткую историю из прошлой жизни:

- Почти сорок лет назад, я тогда был Замначотделения, только-только майора получил. Гордый весь ходил. Однажды утречком завернул в нашу столовку, пожелал всем приятного аппетита, смотрю – один лейтенантик за компотом побежал и на полминутки оставил на стуле свою портупею с кобурой. Я весь такой мудрый и правильный, решил поучить ротозея. Незаметно вынул его пистолет и ушел. Там ведь не только сотрудники обедали, частенько бывали и гражданские строители, дай думаю, пусть немного помучится, по переживает, нет бы мне дураку поставить себя на его место…
Наблюдаю со стороны. Бедный парень мечется по коридорам, на нем лица нет, а я все жду когда он наконец поджав хвост придет ко мне докладывать о пропаже… а он все не идет.
Наступил вечер и этот лейтенантик куда-то убежал, а до меня дошли слухи, что он целый день приставал ко всем и назанимал большие суммы денег…
Мне бы остановится, а я все в игрушки играл. Ну думаю, раз он не хочет признаваться, дожидаться не буду, пойду домой, черт с ним, пускай ночью не поспит, помучается и только завтра утром получит обратно свой ствол.
Наутро прихожу и решаю сразу покончить с этим делом, спрашиваю у дежурного:
- Что в оружейке? Все нормально?
- Так точно товарищ майор, никаких происшествий не случилось.
Я очень удивился, но вижу, что дежурный абсолютно спокоен. Не врет.
Тут уже я разволновался:
- А ну-ка открой, проверим чистку личного оружия.
Захожу, смотрю. А все оружие на месте. Взял с полки пистолет напротив фамилии лейтенанта, что за черт!? Номер его! Стою и глазам не верю. Не может же в природе быть два одинаковых Макарова. Ну не почудилось же мне все это, ведь тот первый, вчерашний, пузо под рубашкой холодит. Присмотрелся я к номеру повнимательней и чуть кандрашка меня не хватила. Цифры вроде бы правильные, а вот буковки как будто не выбиты, а гравировкой сделаны…
Вот я и дошутился.
Теперь ни взад, ни вперед. Признаваться поздно, иначе придется сажать своего несчастного подчиненного за подлог и приобретение нелегального оружия, хотя виноват во всем только я сам.
Делать было нечего, Вернул старый пистолет на его законное место, а тот перебитый спрятал за пояс.
Бедный лейтенантик, видимо так до сих пор и не понял, что его родной пистолет к нему и вернулся, все перепуганный ходил, ждал разоблачения. Потом я узнал, что ему для раздачи долгов, пришлось продать «Яву» с коляской, гараж и лодку.
И вот уже сорок лет, как я открываю свой сейф, а от туда на меня смотрит этот кусок несчастья с неясным прошлым и от этого так гадко на душе, а ничего уже не вернешь…
Единственно, что утешает, так это то, что я так или иначе навсегда вытащил его из оборота…

Мы помолчали, прихлебывая чаек, тут по лестнице сбежала веселая Лиза и спросила:
- Дедушка, а как выглядят двухспальные львы…?