Category: лытдыбр

ПУШКИН

Пушкину было лет шесть и был он прехорошенькой кудрявой девочкой с красивым именем Елизавета.
Рядом с Елизаветой сидела ее мама, одной рукой она придерживала чехол с бальным платьем, другой, держала у уха телефон.
Лиза, обмахиваясь веером, откровенно скучала. Электричка только покидала Москву, а мама перманентно трепалась с подругами по телефону. Людей в вагоне было совсем мало и девочка смело взялась за меня:

- Дядя, а почему у вас женская сумочка?

Мама, не отрываясь от телефона, без энтузиазма упрекнула:

- Лиза, не приставай к дяде.

Я возразил:

- Ну что вы, она мне нисколько не мешает, наоборот, за разговорами и дорога веселее.

Мама удовлетворенно кивнула и уже больше не возвращалась из глубин своих телефонных интриг.

Я ответил:

- Это сумочка не женская и не мужская, это сумочка для фотоаппарата.

Потом Лиза рассказала, что они с мамой были в Москве на танцевальном конкурсе и что она заняла там четвертое место. Девочка задавала железнодорожные вопросы, а я подробно отвечал: Почему рельсы стучат, зачем нужны шпалы и для чего электричка упирается в провода.
Потом она предложила:

- Дядя, а давайте во что-нибудь поиграем.

Я, не долго думая, предложил играть в города, но дело у нас не пошло, ведь Лиза еще не знала ни одного города кроме Одинцово и Москвы. Тогда я предложил играть в рифмы и быстренько объяснил что такое рифма.
Девочка сразу поняла и со скоростью компьютера стала выдавать очень необычные, но филигранные рифмы на любые, самые сложные слова. Уже тогда я почувствовал что-то не ладное, но не подал виду, а  Лиза сказала:

- Просто рифмы – это не интересно, давайте, вы мне будете говорить слово, а я буду придумывать маленький стишок с этим словом.

А не слишком ли самоуверенно, для шестилетней девочки? Подумал я и сразу решил начать с чего потруднее:

- Ну, придумай мне стишок со словом... со словом, скажем – Укупник.
- А что это такое?
- Это такой человек, у него фамилия Укупник.

Лиза закрыла глаза и без всякой паузы, дирижируя себе рукой, с выражением произнесла:

- Ко мне под юбку заглянул Укупник,
  но, я не испугалась,
  там подъюбник…


Я просто остолбенел и почувствовал себя сеньором Сальери, слушающим Реквием Моцарта.
Ни я, ни кто либо из моих знакомых, кроме, наверное, Димы Быкова, не смог бы вот так сходу выдать что-то подобное, а тут шестилетний Пушкин в электричке.
Мама Пушкина зашевелилась и не отрываясь от телефона бросила:

- Лиза, на следующей выходим, скажи дяде "до свидания", не забудь веер и пойдем.

Девочка встала со скамейки и быстро заговорила:

- Давайте скорее, а то нам выходить, последнее-припоследнее слово, чтобы я сочинила последний стишок.

Я, еще не до конца очухавшись от подъюбника, выпалил совсем уж немыслимое:

- Павка Корчагин.
- А что это – павкакарчагин?
- Это тоже человек, Павка, ну, Павел – имя, а Корчагин – фамилия. Павка Корчагин.

Пушкин кивнул, закрыл глаза и с выражением выдал:

- В домике том, где жил Павка Корчагин,
  было темно,
  только палки торчали…


До свидания, дядя.

После того, как Лиза с мамой вышли, я еще целых полчаса приходил в себя, чуть свою остановку не прозевал, ведь такого уровня рифмы мог выдавать как минимум Высоцкий, да и тот, наверняка не моментально, а после бессонной ночи.
Хоть бы ей поскорее объяснили, что она – Пушкин.
Ай да Лиза, ай да сукин сын…

ДЕВОЧКА И ВОЛК

Сегодня я был готов и даже попытался стать супергероем. Посмертно. Повезло, что не стал.
А дело было так:
Заехал я на велике в самые дальние края нашего дачного поселка.
У детской площадки решил посидеть на скамеечке, отдохнуть перед обратной дорогой.
Смотрю - по улице идет здоровенная кавказская овчарка и мощно тянет за собой своего хозяина.
В это время на детской площадке ползала по горке маленькая девочка лет трех, она увидела собаку, заинтересовалась, спрыгнула и выбежала навстречу.
Собаченция, заметив девочку, утробно зарычала и оскалила медвежьи клыки.
Девочка испугалась, отступила на полшага, но проговорила:

- Дяденька, а как зовут вашего волка?

Мужик смерил девочку презрительным взглядом и, не поднимая темных очков, ответил:

- Здороваться нужно, девочка, когда со взрослыми разговариваешь.
- Ой, извините, здравствуйте дяденька, а как зовут вашего волка?
- Здрасьте, его зовут Захар.

Захар, тем временем, все больше нервничал и распалялся, пытаясь дотянуться до девочки хотя бы передними зубами, но хозяин, хоть и с трудом, все же удерживал это чудовище.
Девочка продолжала:

- Дяденька, а он у вас не кусается, его можно погладить?
- Попробуй если не боишься.

К моему ужасу, девочка вытянула вперед свой маленький указательный пальчик и медленно двинулась к пасти Захара. Захар, аж задохнулся от злости, он рванулся навстречу и со страшным капканным щелчком клацнул пастью. Но, девочка, каким-то чудом успела отдернуть свой пальчик от неминуемой ампутации руки:

- Дяденька, вы меня обманули, ваш волк, оказывается очень злой, он хотел откусить мою руку.

Видел я разных идиотов со страшными собаками, но таких…
Хоть мой загривок и взмок от ужаса, но я больше не смог оставаться в стороне. Я медленно встал со скамейки, поднял велосипед перед собой и стараясь быть спокойным, чтобы не злить, и без того кавказца, сделал шаг вперед, всунул велик между псом и девочкой и монотонно сказал:

- Девочка, очень медленно отойди от собаки  и встань за мной. А ты, мужик, держи свою псину изо всех сил, а то сядешь очень надолго. Мы уходим.

Захар аж задохнулся от злости, он рвался ко мне, стараясь сожрать вместе с великом. У хозяина даже очки с головы слетели, он ловко  повис на могучей шее Захара и, смеясь, заговорил:

- Все, все, все. Все нормально, уберите, пожалуйста, велосипед. Это моя дочь, просто она любит играть в игру – «Чужой дядя со злым волком и Красная шапочка».

Девочка тоже повисла на шее у, ненавидящего меня, Захара и подтвердила:

- Да, он у нас слишком злой.

Мужик кое-как заставил пса выполнить команду «сидеть» и сказал мне:

- Спасибо за попытку и решимость спасти эту маленькую девочку. Это было... это было сильно.
Извините, по техническим причинам, не могу пожать вам руку…

ЧЕЛОВЕК С НОЖОМ

«У меня непритязательный вкус – мне вполне достаточно самого лучшего»
(О. Уайлд)



Однажды в воскресенье в шесть часов ночи мне позвонил армейский друг:

- Привет, как дела? Ты спал? Извини, тогда я сразу к делу. Срочно приезжай в Шереметьево, некогда объяснять, дело жизненно важное. Не теряй, пожалуйста, времени, а то я на самолет опоздаю.

Я вспомнил все матерные слова, но вслух не сказал, чтобы не разбудить жену, сына и кота, а сам подумал: - «А разве не для таких случаев существуют настоящие друзья?» И в трубку ответил:
- Ладно, Вадик, выезжаю, буду через сорок минут, вряд ли быстрее. Это нормально?
- Да, отлично, спасибо, только вешай уже трубку и газуй.

Через сорок пять минут и несколько неминуемых штрафов за превышение скорости, я тормознул перед паникующим Вадиком. Он даже не поздоровался, просто сунул мне в руку какую-то блестящую железку, и уже убегая, крикнул не оглядываясь: «Через месяц вернусь - заберу, а то меня в самолет с ним не пустят, я ведь багаж не сдаю».
Я стоял как оплеванный. В руках у меня был обычный, здоровый такой, складной нож.
От же сволочь этот Вадик! Нужно было сразу обо всем расспросить и никуда через весь город не ломиться. Подумаешь, с ножом его не пустят. Выбросил в мусор, всего и делов! Я бы, ни ради ножа, ни ради вилки не стал бы никого нагружать. А ведь это было единственное мое утро без будильника.
На светофорах я крутил в руках нож, продолжая ворчать на армейского друга.
Открыл и слегка удивился, в открытом виде нож был гораздо крупнее, чем ожидалось, просто не нож, а целая сабля, любой арбуз бы испугался. И что-то в нем такое было, из-за чего не хотелось спускать его с рук. В нем было всего понемногу: и смертельная надежность армейского штыка и лихая «выкидуха» из фильмов про бандитов, даже от пистолета что-то было, наверное, четкость работы механизма и благородный «клац»
В конце концов что я потерял? Проехался туда-сюда по пустому городу, зато таким шикарным ножиком целый месяц поиграю.
Дома жена встретила с расспросами, и я показал нож. Она открыла его и не на шутку испугалась:
- Отдай его обратно, только отпечатки свои сотри. Тебя посадят – это же холодное оружие!
Я был не совсем уверен в обратном, но поспешил успокоить жену:
- Нет, это не холодное оружие, скорее всего. Этот нож… этот нож, знаешь откуда? Когда из завода выходит новый вертолет «Черная акула», то этот нож идет в комплекте.

С тех пор я ни разу не выходил из дома без ножа и не было такого дня, чтобы жена не попросила:
- А ну, дай-ка мне «вертолетный» ножичек, я индюшку разделаю, а то нашими что-то не очень.
И действительно, нож свирепо резал все, что ему подсовывали, и с удовольствием просил добавки.
Время шло, меня начали посещать подлые мыслишки: «А может Вадик там у себя на курорте ударится головой об пальму, потеряет память и навсегда забудет - кому отдавал свой нож?»
Но он не ударился и наступил день, когда на пороге появился загорелый Вадик, сказал – «спасибо» и, так буднично и небрежно, сунул «мой» нож себе в карман.
Даже у жены было разочарованное лицо. Когда Вадим ушел, она спросила:
- А, кстати, где именно делают вертолеты «Черная акула»?

И я понял, что нужно действовать. Я расспросил армейского друга, оказалось, что его ножичек совсем не прост, тут тебе и титан и карбон и черт его знает что еще. Видимо – это одна из тех немногих вещей, которая сможет дожить до правнуков, чтобы перейти им по наследству.
Спустя неделю мне повезло, я все же его купил. Жена обрадовалась нашему новенькому «Вертолетному» ножику не меньше чем я.
С тех пор прошло еще месяца полтора, жена все так же пачкала нож жиром, а я все так же его мыл и таскал с собой на работу.
И вот однажды рано утром я ехал в такси в аэропорт, улетал на съемки.
Собирался наспех, даже не присел на дорожку, и тут к своему ужасу понял – что я забыл.
Я забыл оставить дома нож, а ведь багаж сдавать не собирался.
Пришлось делать небольшой крюк, чтобы разбудить и рассмешить армейского друга…

P.S.

Для таких же безумцев, каким стал я, с удовольствием скажу - нож называется «Касатка», Мастерская Чебуркова.

ВОЛШЕБНОЕ СЛОВО

Пятидесятилетний Борис – наш постоянный художник декоратор. Да он и выглядит как художник декоратор: высокий, худющий очкарик в цветастом пальто, да еще и с серьгой в ухе. Теперь от его хитрой прически остался один только крысиный хвостик, но раньше, до того как Боря полысел, было на что полюбоваться.
А сегодня в курилке он рассказывал, как встретился со своей будущей женой Ларисой:
- Познакомились мы в театре, я ей свою очередь в буфете уступил. Слово за слово, после спектакля вызвался проводить до дома.
Оказалось что Лариса жила в такой отдаленной заднице, что без взвода автоматчиков соваться туда было опасновато, к тому же, на дворе самое начало 90-х. Зима, ночь.
Нормальные, человеческие  прохожие давно уже рассосались по домам.
Наш путь лежал через «трубу» - низкий и мрачный пешеходный переход под железной дорогой, но там, в темноте, под мостом, засела какая-то компания. Сколько человек – неизвестно, только слышен был «гур-гур» и сигаретные огоньки виднелись.
Как только Лариса почуяла компанию, сразу резко остановилась, грустно вздохнула и стала рассказывать, как нам обойти это место: полтора километра до станции, потом через мост и столько же обратно.
А куда деваться? Не соваться же прямо в волчье логово?
А я ей и говорю:

- Ларочка, может быть без меня вы и ходили вокруг - да около, но теперь вы с мужчиной, и я вас никому в обиду не дам, не бойтесь.
- Как так - не бойтесь? Борис, вы ведь даже не знаете – сколько там человек?
- Дайте вашу руку, Лариса, а теперь пойдемте вместе, как раз всех и пересчитаем.

Включил я вальяжную походку Бельмондо, и мы смело нырнули в трубу. Компания под мостом оказалась совсем не маленькая, человек восемь, а может и больше. Они пили вино, курили, я даже сигаретку у них стрельнул. Для понта. Пожелал всем удачи и мы спокойно пошли дальше.
Лариса была поражена, ведь она думала, что я простой «ботан» - очкарик, не более того, а я оказался настоящим Бельмондо…

Я не выдержал и прервал Бориса:

- Молодец, Боря, мужик, уважаю. Я, если честно, не пошел бы. Могли бы так накостылять, тем более что и место подходящее. Как это ты не забоялся?
- Очень правильный вопрос. Я и сам в жизни бы не пошел. Что я, самоубийца, что ли? Просто одно волшебное слово услышал. Зрение у меня не очень, зато слух хороший.
- Какое волшебное слово?
- Пока Лариса объясняла мне схему обхода, я, среди смешков и мата, из под моста, тихо, но отчетливо услышал, случайно сказанное,  волшебное слово - «Мейерхольд»…


ТРАМВАЙ

Меня разбудил телефон:

- Здорово, Грубас! Не узнал?
- Пока нет, но, видимо, должен.
- Это Бобик, Бобко, мы с тобой в одном классе учились. Помнишь? Я в Москве проездом, мне Джорж дал твой телефон.
- А, привет, Боб...

(Бобика я не видел с самого выпускного, уже тридцать один год. Особенно неудобно было то, что я давно забыл его имя, хотя, видимо, и он моего не помнил.)

- Грубас, как у тебя со временем? Я до самолета весь день свободен.

Через два часа мы уже сидели в маленьком кафе и заказывали шоколадное мороженое.
К сожалению, лысого потолстевшего Бобика, я узнал гораздо раньше, чем он меня, оказывается, годы и со мной изрядно поработали. Кто бы мог подумать?
Боб оказался могучим германо-итало-французским бизнесменом, да еще и голландским подданным. Женат, трое детей.
На детской теме его и понесло:

- Ну, как? Как их воспитывать? Даешь ему, даешь, все жилы из себя тянешь, а он вдруг заявляет: «Папа, моя «Ауди» уже пятилетняя, все друзья косо смотрят. Сколько еще я буду на ней ездить?»
Ты представляешь? Пацанчику двадцать лет и он воротит нос от пятилетней «Ауди»? Грубас, ну, почему? Почему моя мама с тремя классами образования, да еще и без мужа, сумела меня воспитать, а я своего нет?
Хотя жили мы в такой нищете, что жутко вспомнить. Помню, летом, все каникулы ездил я с мамой на работу, помогал ей там ящики таскать. И не просто ездили  на трамвае, а строго чтоб в разных вагонах. Помнишь, были такие, чехословацкие? А если подходил старый, с гармошкой, то мы с мамой в него даже не садились, ждали когда придет с отдельными вагонами.
Залезали и становились: мама в конце первого вагона, а я в начале заднего. Так и смотрели друг на друга через стекло, не отрываясь, как шпионы.
А ехать, между прочим, далеко: от Яновского кладбища и аж до Лычаковского. От Шевченко до Погулянки. А знаешь почему так делали?
- Почему?
- Копейки экономили, вот почему. Туда два раза по три копейки и столько же обратно. А когда, например, к маме в вагон залетали контролеры, то она рукой показывала мне знак компостера. Я быстро клацал два талончика и перебегал на остановке к ней, а она, в это время, делала вид, что копается в своей сумочке и ищет билетики.
Если день был удачный, без контролеров, то мама мне всегда отдавала эти 12 сэкономленных копеек и я был счастлив, не то что этот, «Ауди» у него пятилетняя… И даже разговора нет, чтобы к бабушке в больницу съездить.
Да ну и хрен с ними.
- Боб, а я ведь помню твою матушку, видная женщина. У нее еще, вроде, такие красные сапоги были.
- Точняк, были! Передам от тебя привет и скажу, что ты помнишь ее красные сапоги. Маме будет приятно.
- Как она, жива, здорова?
- Жива, но со здоровьем не особо. На днях был приступ, в больничку забрали. Она рядом со мной давно живет. Я ей квартирку в Амстердаме прикупил, но вот  львовскую продавать все не хочет. Село. Ну, да и пусть, раз ей так спокойнее. Надеется, что когда-то еще Львов увидит.
А, кстати, к чему я детство вспомнил? Сейчас приезжал в больницу, мама еще была в реанимации, меня туда не пустили, но зато подвели через стекло на нее посмотреть. Она лежит под капельницей, совсем рядом, несчастная такая. Почувствовала, открыла глаза, повернула голову, меня увидела, заулыбалась, и вдруг, подняла руку и раз, как «покажет компостер», как в детстве в трамвае.
Я заржал на весь коридор, а слезы сами собой…
Врачи смотрят на меня, как на придурка, а я ржу и плачу.
Сука, вот и сейчас…



С ПОДУШКОЙ

Грустный рассказ моего, с горя выпившего приятеля, Евгения:

- Ни один мужчина так не сможет. Даже если очень захочет. Просто скорости реакции не хватит.
Вот говорят, что женщина как кошка, но на самом деле,  кошкам до женщин далеко. Кошка всегда изворачивается в воздухе, чтобы приземлиться на все четыре лапы, а эти суки – бабы, не только мягко приземляются, но мы даже не замечаем их изворотов.
К чему это я? А вот к чему.
Позавчера, в час ночи, я уже почти засыпал, вдруг, получаю СМС-ку от своей давней любви, Катерины.
Когда-то мы даже жили вместе. Она замуж за меня хотела, а я, дурак, все тянул чего-то, изворачивался. Короче, Катя меня тогда бросила.
В общем, не виделись мы с ней лет пять, если не шесть, и вдруг, на ровном месте такая лихая СМС-ка в ее стиле: «Женя, если не спишь, то я тебя жду. Мои уехали на дачу. Ужастик посмотрим, у меня коньяк есть. И приходи со своей подушкой, а то, я все свои постирала»
Я просто охренел от такой прямоты. Вот так, без повода, значит она все еще меня любит и помнит.
Утром на работу, но какой уж тут сон.
Ну, думаю – это мой шанс и я моментально  ответил: «ОК.»
Быстро оделся, схватил свою подушку и на всякий случай нацепил на нее свежую, красивую наволочку, За руль нельзя – выпил пива. Вызвал такси и через всю Москву помчался к Кате.
Приехал к дому. Этаж помнил, квартиру тоже, а вот номер квартиры забыл, и по телефону не хотел уточнять, боялся испортить момент нашей встречи. Пришлось выломать замок в подъезде, откуда только силы взялись.
Звоню в дверь, а самого аж трясет.
Катя открыла… Вся такая мокрая, из ванны, халатик еле ее прикрывает. Улыбнулась она мне, запахнулась и говорит:

- Симпатичная подушечка. Извини, я сейчас оденусь, а ты разувайся и заходи пока в комнату.

Вернулась в велюровом спортивном костюме, включила телик и командует мне:

- Бери свою подушку и ложись на ковер, будем Хичкока смотреть.
Делать нечего, лег, начали смотреть: Катя на диване, а я, как дурак, на полу со своей подушкой под головой.
Естественно, мне было совсем не до Хичкока и я начал тянуть к дивану шаловливые ручки, но Катя мягко пресекала все мои попытки:

- Женя, хватит, мы же смотрим. Ты меня пугаешь, там и так все жутко…

Досмотрели, наконец, кино. Я говорю:

- Ну, давай теперь за встречу, ты там коньяком хвасталась?
- Да, ты знаешь, Женя, мне завтра на работу, так, что я не буду, но если хочешь, то тебе налью.
- Как же я один? Я ведь не алкаш.
- Ну и правильно. О, уже четыре часа, давай скорее спать. Я постелю тебе на диване.

Постелила, а сама ушла к себе в спальню.
Я полежал в темноте минут десять, выждал момент и потихоньку направился к ней, но дверь была закрыта на задвижку. Я слегка поскребся, осторожно постучал, Катя услышала и крикнула из-за двери:

- Спокойной ночи, Женька, я уже сплю и ты давай, иди.

Хотел я было обидеться, закатить скандал с разборками, но сообразил что - это просто такая бабская проверка, нужно всего лишь немного обождать и побыть джентльменом, все же мы сто лет не виделись. Даже Булгакова вспомнил на счeт того, что никогда и ничего не просите! ... Сами предложат и сами всё дадут!

С этими грустными мыслями я и уснул на жестком коротком диванчике.
Утром Катя меня разбудила, накормила завтраком, в коридоре вручила мою подушку, поцеловала в щеку и мягко выпроводила.

Целый день я терялся в догадках – что это было и какую она затеяла игру? Собрался уж позвонить и все выяснить, но она опередила - первая позвонила:

- Женя, ты наверное считаешь меня последней сукой и «динамисткой»? Имеешь на это право, хотя, я обещала тебе только киношку и коньяк. Извини, так уж получилось.

Тут она не удержалась и начала весело смеяться. Отсмеялась и продолжила:

- У меня есть подружка детства, зовут ее Женя, она живет на два этажа ниже. Когда я остаюсь одна, то часто зову ее к себе: поболтать, киношку глянуть, выпить.
А вчера  муж с мамой уехали на дачу. Я, кстати, давно замуж вышла.
Так вот, я перепутала, не на ту кнопку нажала, вы же у меня в телефоне рядом с подружкой записаны.
Ну, не выгонять же тебя с подушкой среди ночи. Пришлось сделать вид, что тебя и ждала. Зато хорошее кино посмотрели. Разве нет? (она опять залилась веселым смехом) Извини, еще раз, что не оправдала.
Не поминай лихом и будь счастлив, Женька…







ТОРТ

В конце прошлого века, жил-был в Набережных челнах музыкант Дима.
Дима играл на свадьбах и похоронах, вполне себе неплохо зарабатывал, женился и мечтал о детях, лучше двоих.
Живи да радуйся, но тут, в его безмятежную жизнь, без объявления войны, вторглась черная-при черная полоса, я бы даже сказал – черная дыра.
в начале от Димы ушла жена к какому-то татарину, а уж потом она вместе с этим татарином, выгнала Диму из дома.
Шах и мат.
Жить стало негде.
И наш герой, поразмыслив, рассудил: уж лучше негде жить в Москве, чем в Набережных челнах.
Вот он собрал все свои вещи (которые не пригодились татарину) – гитару и рюкзак с музыкальными дисками, купил плацкартный билет и поехал покорять столицу.
Почти на все деньги Дима снял квартирку в новостройке – совсем пустую, без мебели и даже без пола, и с утра до вечера бегал по городу в поисках путей покорения Москвы.

Покорение началось с трагической утраты любимой гитары, в следствие показательного мордобоя на Старом Арбате. Новых уличных гитаристов там не очень любят, своих девать некуда.
Димина морда сильно опухла и перестала походить на фотку в паспорте и это, разумеется не бесплатно,   подтверждал каждый встреченный эксперт в ментовской форме.

Деньги почти совсем закончились, а с фингалами ходить на собеседования – только людей смешить.
Еще неделя и нужно будет за квартиру платить.
А тут еще и день рождения совсем не добавлял радости - это ведь не просто день рождения, а серьезная дата - 40 лет.
Проснулся Дима среди ночи от твердого, холодного пола, подкачал надувной матрас, снова лег, подумал и решил: хрен с ними с последними деньгами. Все же у меня сегодня юбилей. Что я, не человек? Куплю-ка я большой, вкусный торт, заварю чайку и устрою себе настоящий праздник. И ничего, что без гостей, мне больше достанется.
Наступил вечер.
Дима с ножом сидел на полу перед большим шоколадным тортом и аккуратно прицеливался, куда бы его пырнуть, а на душе от чего-то стало так невыносимо тоскливо, что хоть в окошко сигай:

- Ну, какой, нахрен, юбилей? Какой торт? Столько бабок на него извел. А завтра что? Сорокалетний
дядька, рожа разбита  как у бомжа с теплотрассы, а веду себя как маленький мальчик!

Дима присмотрелся к коробке из под торта и понял – вот его шанс. Тортик-то оказался на один день просроченным.
Нужно аккуратно запаковать его, благо чек не выбросил, и поскорее сдать обратно в магазин. Оставшихся денег, плюс возврата за торт, должно хватить на билет до Челнов, там все же хоть какие-то люди, не то, что здесь, пустыня…
Сказано – сделано, Дима упаковал торт, спустился на лифте и вышел из подъезда. Вдруг видит: по двору медленно, но уверенно катится маленькая Тойота с настежь распахнутой водительской дверью, а за ней семенит женщина и смешно кричит:
- Ой! Ой! Ай! Ай! Ой! Ой!
Она открывала гараж и, видимо, не поставила машину на «ручник».
Тойота уже хорошенько разогналась и целилась прямо в бок дорогому черному Мерседесу.
Дима стоял совсем рядом с «Мерсом», но, при всем желании, руками машину не остановить и ему ничего другого не оставалось, как подсунуть между машинами свой многострадальный,  шоколадный торт.
Раздался легкий «чвяк», торт расплющило на целый квадратный метр, зато на машинах ни одной царапинки, только застывшие шоколадные брызги.
Подбежавшая хозяйка Тойоты долго благодарила своего находчивого спасителя с побитой рожей, и всячески пыталась возместить ему понесенный ущерб, но Дима благородно отказался:

- Ну, перестаньте, не надо, денег я не возьму, супергерои денег не берут.
- Спасибо Супергерой, но вы ведь куда-то шли с тортиком, вам же теперь новый нужно покупать.
- Да, не переживайте, уже не нужно – это у меня сегодня день рождения, а гостей все равно не будет, я в Москве меньше месяца и никого еще не знаю.
- Ой, поздравляю.
- Спасибо, а теперь быстрее отмойте дверку Мерседеса, пока хозяин не заметил шоколадного салюта, и всего вам хорошего, удачи на дорогах.

Дима вернулся в квартиру и,  проклиная себя за бессмысленное убыточное геройство, принялся подсчитывать все оставшиеся деньги с копейками включительно.
Вдруг в дверь постучали (звонка  не было)
На пороге стояла Анна - хозяйка Тойоты. В одной руке она держала большую тарелку с домашними плюшками, а во второй бутылку коньяка:

- Дорогой новорожденный Супергерой, я не опоздала? Давайте праздновать и шалить плюшками.


На этом Димина черная полоса иссякла и сменилась белой.
Аня устроила Диму звукорежиссером в нашу телекомпанию, вышла за него замуж и родила ему двоих детей, как он и мечтал…

 Когда в моей жизни  наступает черная полоса, я всегда вспоминаю эту историю и внимательно смотрю по сторонам, чтобы не прозевать свой спасительный тортик...



ТЕСТ

«Смеялась сова с воробья, что у него большая голова…»
(Народная поговорка)



В туманной заводской курилке всегда многолюдно.
На скамеечках сидело человек пятнадцать рабочих, они курили, кашляли и смеялись.
Смеялись в основном над незамысловатыми шутками местного заводилы. Заводилу звали Петя - здоровый мужик лет тридцати, с золотым перстнем и волосатой грудью по самую шею.
В тот день Петя настолько был в ударе, что решил подшутить даже надо мной, человеком чужеродным и временным на заводе.
Петя вдруг громко и задорно произнес, глядя на меня:
- Скажи, режиссер, а ты случайно надел голубую футболку, когда ехал снимать наш завод, или это был твой осмысленный выбор?

Работяги дружно захихикали, я тоже заулыбался и сказал:

- Петя, а что ты имеешь против моей голубой футболки?
- Футболка нормальная, только цвет у нее пидорский, извини конечно за прямоту, но я простой человек, что думаю, то и говорю.

Мужики опять захихикали и я ответил:

- А не рановато ли тебя  пидоры победили?
- В каком смысле победили?!
- А в таком, что они присвоили себе голубой цвет и ты уже ссышь носить голубую маечку. А если завтра они пиво объявят своим напитком, ты что же, на всю жизнь останешься без «пиваса»? Лично я настолько уверен в своей ориентации, что не постесняюсь даже с женской сумкой по городу пройти, если она будет достаточно вместительная и крепкая для дела.
- С женской сумкой? Фу, позорняк, хотя у тебя наверное в Москве много таких педо-друзей с женскими сумочками, с кем поведешься?

Публика опять заржала.

- Да, и таких хватает. Петя, а ты, кстати, за что так не любишь гомосексуалистов? Может быть – это у тебя что-то личное? Детская травма, юношеские грезы, или что-то в этом роде?
- Какое личное!? Ты давай не это. Я их всегда ненавидел и давил и давить буду, пока живу.
- Ну, не знаю, как по мне, так наоборот: чем их на свете больше, тем лично у меня меньше конкуренция на рынке женского внимания…
Да и потом, ты себе даже не представляешь какая у геев на самом деле тяжелая жизнь, не позавидуешь. Подумай, например, как живется бедным пидорам, скажем, вашего родного цеха.

В курилке устаканилась гробовая тишина, казалось, что даже дым перестал клубиться и во всем цеху прекратилась работа.
Петя почти заорал:

- Какие пидоры нашего цеха?! Ты отвечаешь за базар? У нас в цеху нет никаких пидоров! Это у вас там на телевидении пидор на пидоре и пидором погоняет.
- Ох, Петя, и не говори, пидоров у нас гораздо больше, чем ты даже можешь себе представить, но от этого жизнь ваших заводских пидоров легче не становится. По статистике каждый сотый – вынь да положь… Природу не обманешь. И, кстати, ты, Петя не обижайся, но я кажется догадываюсь почему ты их так не любишь.
- И почему же?
- Попробую объяснить: если, например я среди поля увижу обычного козла, то он вызовет во мне простые и понятные ассоциации: мясо, шерсть, рога, колокольчик. А вот латентный зоофил, увидев козла, подумает: вот мерзкий скот, он же регулярно трахает коз. Фу! Позорняк! Даже думать об этом противно! Убил бы!
Чувствуешь разницу?
- Ты хочешь сказать что я пидор!?
- Да, ну ты что, Петя, посмотри на себя, какой же ты пидор? Вообще не похож. Хотя если честно, то я так до сих пор и не научился их отличать по внешнему виду.

Пока Петя думал, что мне на это ответить, в курилку заглянул наш оператор Серега, он потирал уставшее плечо:
- Ну, более-менее я "планов набрал", только вот плечо, сука, болит, натаскался камеру. Скорей бы вечером прийти домой и намазаться мазью, она помогает.
- А мазь у тебя с собой?
- Ну, да, вот.
- Так чего ждать? Снимай рубашку и мажься тут.
- Да, как-то неудобняк.
- Неудобняк снимать с больным плечом, давай мажься, не стесняйся, тут все свои, тем более что, как я выяснил, в цеху нет ни одного гея.

Про геев, Серега,  конечно не понял ничего, но снял майку и принялся втирать в плечо вонючую мазь.
Мужики молча наблюдали за этой сценой, но Петя, который уже пришел в себя, опять начал шутить. Он легонько ткнул указательным пальцем в потный Серегин живот и сказал:
- А нифига себе ты брюхо наел и сиськи, как у телки, нужно тебе спортом заняться.

Курилка заржала, а Серега смутился и сразу же надел майку.
Я не остался в стороне:

- Петя, к слову сказать, я ни на что не намекаю, но факт – есть факт: тут в курилке собралось человек пятнадцать, но только одному тебе пришло в голову потрогать мужика за живот и обсудить размер его сисек…

Все заржали, а Петя вскочил со скамейки и заорал:

- Ты отвечаешь за базар?
- Я отвечаю за то, что видел сам. Но ты не переживай – это все фигня, главное, маечка у тебя не голубая.

Кто-то подал голос:

- Бывают такие специальные тесты, по ним любого можно проверить на вшивость.
Петя идею подхватил и сказал:

- Вот именно, и еще неизвестно, кто из нас двоих прошел бы этот тест.

Я ответил:

- Петя, а хочешь, прямо тут пройти такой вот простенький тест?
- Ну.
- Представь, что ты идешь по цеху и никто на тебя не смотрит, вдруг, видишь, под ногами валяется картинка из мужского журнала – реклама нижнего белья. На ней такой красивый, загорелый мужик стоит в белых трусишках и вглядывается в даль.
Как ты поступишь?
1) Воспользуешься тем, что на тебя никто не смотрит и спрячешь картинку в карман?
2) Порвешь ее на мелкие кусочки и выбросишь?
Петя перебил меня:
- Конечно же я выберу второй вариант – разорву и выброшу, а ты небось выберешь первый – спрячешь, принесешь домой, повесишь на стену и будешь целыми днями не покладая рук…

Мужики дружно заржали.

Я подождал, пока станет чуть потише и продолжил:

- Нет, Петя, я выберу третий вариант, просто ты так разволновался, что тебе не хватило терпения выслушать все три варианта, а третий был самый незамысловатый: не обращать на картинку никакого внимания и пройти мимо…

…С того момента и до самого конца наших съемок, Петя перестал со мной здороваться. Зато заводские мужики начали посылать ему томные воздушные поцелуи…



АТТРАКЦИОН НЕСЛЫХАННОЙ ЩЕДРОСТИ

Ну не мое это – иметь дело с деньгами.
Я к себе уже привык, а жена все еще смеется.
Сегодня я опять проявил себя как неистовый бизнесмен, который «делает деньги из воздуха»
Купил я как-то проездной на метро, сразу на 60 поездок, а вот потратить их толком не успел, то Новый Год, то командировки, то на машине, а то вообще на самокате без метро.
Ну, не успел и не успел, с кем не бывает, приложил свою карточку к умной штуковине и та безапелляционно заявила, что за два дня я должен изъездить 16 поездок, а не то они сгорят и превратятся в тыкву.
Нужно  было срочно спасать свои финансовые вложения.
16 поездок за два дня – это задача не для меня, а для мотивированного курьера во время испытательного срока. А если от жадности ехать сразу в двух автобусах, то можно порваться пополам – это не наш путь.
Не долго думая, решаю, что в последний-препоследний вечер,  буду катать людей бесплатно, чтобы хоть им была польза.
И вот, сегодня наступил этот самый вечер. Я подъехал к турникетам на самокате, лихо тормознул, достал из широких штанин умирающий проездной с 14-ю поездками, оглядел огромную очередь у касс и начал приставать к женщинам:
- Девушка, давайте я вас покатаю, а то у меня поездки пропадут. Куда же вы? Не бойтесь, это бесплатно…
- Сударыня, давайте Вы, идите смелее, я уже включил. Что? Никакого смысла. Просто хочу вам сделать приятное, а то ведь поездки и так пропадут и никому не достанется.
- Девушки, давайте, идите сюда, смелее. Нисколько не нужно, просто вспомните меня добрым словом...
- Пожалуйста. Смелее, осталось еще девять, а мне нужна всего одна...
- Девушка, проходите бесплатно. Что? Фу, как грубо, зря…
- А может быть вы...?

Вот так, со скрипом, я тратил свой проездной и это было непросто. Халяву люди любят, но точно знают закон бесплатного сыра, вот и ожидают какого-нибудь подвоха.
Перед одной узбечкой я провел карточкой и показал жестом, мол, пора, яхши, путь свободен. Да идите уже!
Она встала, как вкопанная и начала борьбу желания со здравым смыслом.
Пришлось буквально пинками загонять ее к счастью…
Наконец я вздохнул свободно, осталась только одна, последняя  поездка для себя любимого. Я мысленно показал кукиш начальнику метрополитена и поднес проездной к турникету.
И тут ко мне подошла женщина лет тридцати, и сказала:
- Я просто любуюсь вами, какой вы молодец, разрешите пожать вам руку.
Я тоже всегда так  делаю, когда у меня поездки остаются, сама человек сто, наверное пропустила.
И сейчас буду очень рада, если вы меня выручите и спасете от жуткой очереди. Спасибо вам, вы молодец.
Я показал на турникет с зеленым огоньком и грустно сказал:
- Да, конечно, мадам, прошу вас.

А сам подхватил свой самокат и поплелся в конец длиннющей очереди в кассу.
Очередь надо мной ржала и я ее понимаю…




ДВЕРЬ

Как все-таки, оказывается, легко обидеть человека.
Я, вот, до сегодняшнего вечера, считал себя чутким и тактичным пареньком, который никогда бы понапрасну…
А оказался мерзким хамом, которому и сам бы руки не подал.
Пусть не нарочно, пусть, обстоятельства сложились по дурацки, но все, все же. Если бы я был бы хоть чуточку внимательнее и терпимее, то ничего бы и не случилось.
В общем-то и так ничего особого не произошло, все живы и здоровы, но прошло уже четыре часа, а мне, почему-то, до сих пор на душе сыро и холодно.
Если бы пил, то наверное нажрался бы…
К чему это я, да к тому, что: семь раз отмерь, прежде чем лезть в чужую, незнакомую жизнь, даже по мелочи.
А дело было так:
Вечером, голодный и уставший, я возвращался с работы домой.
Выскочил из вагона метро и бодро направился к выходу.
Народу было совсем немного, передо мной всего один мужик, лет тридцати: клетчатое пальто, красный вязаный шарф, длинные волосы. Обычный человек и по походке – явно не пьяный.
Вот, дошел он до двери, но вместо того, чтобы открыть ее и идти себе дальше, неожиданно остановился, наклонился к рекламе мультиварки на дверном стекле и стал очень внимательно ее рассматривать.
Я просто обалдел от такой наглости, и вроде бы имел на это полное право, еще бы, стоять на пути у всех и спокойно изучать новую улучшенную модель мультиварки – это уж совсем скотство…
И я, не долго думая, громко выступил:
Дяденька, ку-ку! Может ты дома изучишь эту сраную мультиварку и дашь уже людям выйти на улицу?
Человек от неожиданности вздрогнул, чуть не выронив из рук черную трость, суетливо, повернулся ко мне, заморгал сквозь мутные толстенные очки и затараторил:
- Извините, извините, извините, просто я почти совсем ничего не вижу, заметил, вот, на двери надпись и попытался ее прочитать, «выход» это или «вход».
Выход? Да? Все, иду, иду, иду. Извините еще раз, что задержал…

…Так стыдно мне давно не было....