?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: образование

ПУТЕШЕСТВЕННИК ВО ВРЕМЕНИ
storyofgrubas
Маленький канцелярский магазинчик.
Я стоял в очереди в ожидании продавщицы, которая в подсобке дралась с пустыми картонными коробками.
Вся очередь состояла из меня и маленького загорелого школьника, стоящего позади.
Чуть позже к школьнику присоединился одноклассник. Они не виделись полжизни – почти целое лето и горячо обсуждали; самолеты, подводные маски, соленые волны и новые игрушки.
Я взял с прилавка ручку, попробовал что-то написать и неожиданно ее подбросил. Ручка ловко сделав сальто, вернулась ровно в ту же позицию и продолжила писать.
Ребятишки заметили трюк и оживились. Ручка опять оторвалась от писания и на этот раз совершив уже два оборота в воздухе, влетела ко мне в руку и снова продолжила писанину.
Парни сказали: «Ух ты!»
Я улыбнулся и протянул одному из них ручку. Тот попробовал подбросить, но, конечно же, пока ловил, отфутболил ее в угол магазина. Хорошо, что продавщица была занята борьбой и не заметила.
Когда-то в школе, сидя на задней парте, я; часами, днями и годами отрабатывал этот трюк и руки еще помнили.
Потом я достал из кармана свой счастливый серебряный, николаевский рубль, положил его на указательный палец, поднес к самым глазам зрителей, щелкнул второй рукой и монета моментально исчезла. Исчезла без звона и дыма. В руках ее тоже не было.
И этот фокус я довел до совершенства еще в школе. Все же, оказывается, не зря я в школу ходил.

Парни выпучили глаза, разинули рты и тот, что помельче, спросил:

- Дядя, а вы фокусник?
- Нет, фокусники в цирке выступают, а я путешественник во времени.
- Ага, ну да, путешественник.
- Все еще не верите?
- Не-а.
- Парни, а вы читать умеете?
- Конечно, мы ведь уже в третьем классе.
- Ты что? Мы не в третьем, а только перешли в третий.
- А, так вы совсем большие ребята и вам уже можно показать кое-что из будущего?
- Да, можно! Можно! Покажите.
- Ладно, тогда следите за моими руками. В правой руке ничего нет?
- Нет.
- А в левой?
- Тоже ничего.

Я медленно полез во внутренний карман куртки и так же медленно и загадочно достал обычный затертый паспорт:

- Что у меня в руке?
- Паспорт!
- Да – это он. Знакомься - твой паспорт из далекого будущего. Не веришь? Тогда назови свою фамилию.
- Зачем?
- Ну, ты ведь хотел увидеть «фокус» настоящего путешественника во времени?
- Паренек кивнул и, немного стесняясь, тихо назвал свою фамилию.
- Я сразу ее не расслышал и переспросил.

Хлопец повторил.
Я  кивнул, совершил вокруг паспорта несколько волшебных пассов, медленно открыл первую страницу, прикрывая фотографию и строго сказал:

- Свою фотку из будущего тебе видеть нельзя, но, так уж и быть,  можешь прочитать, если правда умеешь.
- Паренек громко, по слогам прочитал свою фамилию в паспорте. Второй не поверил, попросил показать поближе, но тоже прочитал фамилию товарища и сказал:
- Оба! Капец! Точно! Это же твой паспорт! Дядя, а можете мне мой паспорт показать?
- Конечно могу. Я все могу.

Из подсобки вернулась продавщица, я купил пачку бумаги, посетовал на нехватку времени, сказал парням, что срочно должен вернуться обратно в будущее, ведь туда отправилась моя счастливая монетка. На этих словах я покинул магазин.
   Думаю, что они еще очень долго будут вспоминать меня и думать: что это было?
И с каждым годом вопросов у них будет все больше и больше, а ответов не прибавится. Зато, так и жить интереснее.
Разве нет?

P.S.

Очень бы не хотелось выдавать секрет устройства своей машины времени, но куда деваться? Даже самая мудреная машина времени  сделана из простых резисторов, конденсаторов и медной проволоки.
    Вначале, когда нас в очереди было всего двое; я и новоиспеченный третьеклассник, в магазин вошел его приятель и громко назвал мою фамилию. Я даже дернулся от неожиданности, как будто бы меня вызвали к доске.

- Кого я вижу, привет, как дела? Где был летом?

Ну, скажите - мог ли я не развлечь своего загорелого однофамильца и его товарища...?

НЕТ ТЕЛА – НЕТ ДЕЛА
storyofgrubas
Декан почти до самого утра не мог успокоится. Он бегал по лагерю и  кричал, грозился отчислить всех немедленно, потом схватил несчастные джинсы со свитером и со всего маху, с хрустом, насадил их на кол деревянного забора. И только тогда декан немного пришел в себя и вспомнил, что он все-таки декан серьезного факультета, сел в свой «Жигуль» и уехал обратно в Ленинград. Больше в колхозе мы его не видели.
   А дело было вот как: шел 90-й год, мы – только поступили на первый курс и, как тогда водилось, на месяц поехали в колхоз на картошку.
Естественно: отсутствие родителей, молодость помноженная на свежий воздух, песни под гитару, брали свое и среди нас образовались устойчивые и не очень, влюбленные парочки. Но была одна трудность – негде, ведь  лес, ночного, дождливого сентября в Ленинградской области, не особо-то и располагал. Во всем нашем лагере имелось только четыре помещения с дверями и крышей: казарма женская, казарма мужская, баня и столовая. Казармы сразу отметались, все же мы были только первокурсниками. Столовая на ночь закрывалась замком, величиной с клоунскую гирю, так что оставалась баня, вернее парилка в ней. Кто-то приделал изнутри парилки дверной крючок и стало вполне комфортно и безопасно заниматься там глупостями.
Единственная трудность – это очередь, которая составлялась, чуть ли не на неделю вперед, все же народу двести человек без малого и у всех примерно те же цели и задачи.
И вот одной холодной ночью, случилось страшное, то чего все боялись, но в действительности никак не ожидали - примчался великий и опасный Борис Иваныч - декан нашего факультета.
Он, видимо и сам когда-то был студентом, поэтому сразу смекнул и бросился в баню, чтобы поймать там кого-то на горячем (в переносном смысле) и конечно выгнать аморальную парочку из комсомола, а как следствие и из института.
Естественно, что в это время в парилке кто-то ойкал и двигал предметы, а на лавке в предбаннике валялись мужские и женские вещички.
Декан злорадно заржал, стал дергать закрытую дверь и объявил тем, кто внутри, что им уже ничего не поможет и ждет их торжественное отчисление. Пора бы открыть дверь, одеваться, собирать чемоданы и к чертовой матери выметаться из лагеря.
Через десять минут вышел наконец абсолютно голый парень в очках, но дверь за ним сразу же закрылась на крючок.
Борис Иваныч выяснил фамилию парня, кафедру и ехидно поинтересовался:

- А что же ты там делал среди ночи?
- Мы… это, мылся.
- Правда? А с кем это ты мылся?

При этом декан брезгливо, двумя пальцами поднял с лавки женские джинсы и свитер.

Парень молчал, опустив голову, а за дверью парилки послышались тихие женские всхлипывания.
Вдруг в предбаннике стало очень тесно – это пришли наши девушки в грязных рабочих телогрейках и резиновых сапогах. Одна из них официально и строго сказала:

- Здравствуйте, Борис Иванович, я секретарь комсомольской организации лагеря. Что тут произошло?
Декан начал объяснять, но комсорг его перебила:

- Как это не хочет выходить? Да мы сами ее оттуда вытащим! Я тоже считаю, что таким не место в комсомоле и в нашем институте, а ну, отойдите пожалуйста, вы же все-таки мужчина, дальше мы сами.

Декан послушно отошел на два шага в сторону и с интересом стал наблюдать, как будут выводить голую, пока еще комсомолку.
Девушки поскреблись в дверь и дверь неожиданно приоткрылась. Тут же в парилку ринулось человек десять комсомолок, или около того.
Через полминуты из парилки вышли человек десять комсомолок, или около того (ну кто их там считал? Главное, что все в телогрейках и в резиновых сапогах) и комсомольский секретарь растерянно произнесла:

- Странно, Борис Иванович, в парилке никого нет. Может и не было никого? Сами посмотрите.

Вот тут-то декан и слетел с катушек и отомстил  «ничейным» джинсам и свитеру…

С НЕБЕС
storyofgrubas
Первоклассница Даша, каждый день ходит в школу с большим ранцем за спиной. Всех детей кто-то провожает и забирает: мамы, папы, старшие братья, бабушки, и только Даша всегда идет одна.
Через пустырь, мимо автостоянки, потом срезает через дворы, еще немного по улице, дальше вдоль забора вечной стройки, мимо стадиона, перешагивает небольшой заборчик,  аллея сада,  и вот она в школе. Из школы тоже одна.
Хотя, по правде говоря, это только со стороны кажется, что девочка идет совсем одна, на самом деле с ней всегда ее ангел хранитель, ее любимый дедушка. Иногда, когда Даша о нем вспоминает, то смотрит куда-то высоко-высоко на небо и знает, что дедушка наблюдает за ней оттуда сверху и не просто наблюдает, а поддерживает. Один раз, около автостоянки путь девочке преградила недружелюбная стая собак, Даша очень испугалась и замерла как вкопанная, но ее любимый дедушка спустился прямо с небес и собачки мигом бросились врассыпную. Вот как хорошо, когда у тебя на небе есть свой ангел хранитель.
Дедушка у Даши всю жизнь проработал на каком-то военном заводе, вышел на пенсию и со временем сильно заболел, даже ноги лишился, так что все время сидел дома. Он физически никак не мог провожать внучку в школу, но очень хотел. Пришлось ему тряхнуть инженерной стариной, назаказывать в интернете кучу китайских деталей и соорудить странноватого вида квадрокоптер, величиной с футбольный мяч.
Ходить дедушка не может, вот и летает под облаками: до школы и обратно, ни на секунду не отрываясь от маленькой, любимой точки внизу…

ВАСЯ И РЕТРОГРАДНАЯ АМНЕЗИЯ
storyofgrubas
Виктор Семенович – высокий,  вполне еще крепкий, семидесятилетний старик, уже четыре месяца как похоронил жену и учился жить один. Получалось плохо, как будто бы он вообще никогда без нее не жил. Частенько стал разговаривать с самим собой, чтобы получать от себя ценные советы по ведению домашнего хозяйства.
Но, Виктора Семеныча это пока не особо беспокоило, ведь по профессии он психиатр и привык все держать под контролем. От стресса, с людьми еще не то происходит, так что перекинуться парой слов с умным человеком - вполне еще в пределах нормы.
Эх, ему бы детей  с внуками, но детей не нажили, не получилось.
  Как-то воскресным утром, зазвонил телефон и вытащил Виктора Семеныча из теплой ванны. Виктор Семеныч не ждал от этого ничего хорошего, он уже четыре месяца не ждал от жизни ничего хорошего и в своих прогнозах никогда не ошибался.
Звонил дворник-узбек и на узбекско-русском что-то рассказывал.
Это было очень странно и тревожно, ведь никаким дворникам Виктор Семеныч не раздавал своих номеров, он даже имен их не знал, просто здоровался, проходя мимо.
Старик прислушался к смыслу и с трудом выяснил, что дворник нашел какую-то потерявшуюся «белий собачка», увидел на ошейнике номер телефона и позвонил.
Одним словом, они ждут внизу у подъезда. Главная странность заключалась в том, что у Виктора Семеновича ничего похожего на «белий собачка» нет, никогда не было и быть не может, он вообще был противником животных в доме.
Но, спорить старик не стал, ведь без жестикуляции, с узбеком особо-то и не поспоришь.
Нехотя накинул пальто поверх пижамы, на всякий случай сунул в карман перьевую ручку для самообороны,  и вышел из подъезда.
На пороге курили дворники в оранжевых жилетах, а в ногах у них дрожал малюсенький, мокрый от дождя, белый бультерьерчик и с опаской озирался по сторонам.
Но как только песик заметил Виктора Семеновича, он перестал дрожать, громко заскулил и с пробуксовкой кинулся к старику, как утопающий бросается к спасательному кругу. Щенок скакал вокруг пораженного Виктора Семеновича, непременно стараясь запрыгнуть к нему на ручки. В конце концов, песику это удалось.
Дворники заулыбались и сказали: «Узнал хозяина, маладес», подхватили свои лопаты с метлами, попрощались и ушли, а старик с обслюнявленным лицом, остался стоять под моросящим дождем и со странным любвеобильным щенком на руках. На ошейнике действительно была медная пластинка с гравировкой номера телефона и именем: «Виктор Семенович»

- Что делать? А? Куда его? Вот, сука, запачкал лапами новое пальто.
- Ну, теоретически, собака, хоть и полнейшая антисанитария, но для человека в твоем положении, вещь полезная, тем более, этот песик сразу полюбил тебя, как родного сына. Неси его скорей домой, а то простынешь тут после ванны.
- Нет, и думать нечего, нужно срочно его куда-нибудь отнести.
- А куда ты в пижамных штанах и домашних тапочках его понесешь? К тому же на ошейнике телефон и имя хозяина. Твое имя.
- Так-то да, но может это чья та злая шутка?
- А юмор в чем?
- Ну, все равно, его ведь нужно: выгуливать, кастрировать, вязать, развязывать, кормить, лечить, потом еще эти прививки от бешенства, плюс когти подрезать каждый месяц. Разве ты разберешься со всем этим?
- У тебя два высших образования, ничего, справишься, зато ежедневные прогулки на свежем воздухе тебе не повредят, тем более, что когти – это, вроде, у котов.
- Нет, глупости, не смешно даже. Тебе же на лекции почти каждый день. Как ты его дома оставишь? В общем, нужно скорее сдать его в собачий питомник, приют, скотобазу, или как это у них называется?
- Скотобазу? Ну, ну. Посмотри правде в глаза. А вдруг это твой пес, ты завел его, потерял и от того так разволновался, что аж вычеркнул эти события из памяти? В твоем состоянии такое ведь возможно, не зря же тут табличка. И ты, вот так запросто сможешь его выбросить? Подумай, старый идиот, каково будет этому песику, который, кстати, тебя знает и любит, оказаться в непонятном месте, среди совсем чужих людей? Если забыл кличку, зови пока Вася и не выпендривайся, потом вспомнишь. От какого-нибудь синдрома Корсакова еще никто не умирал. Возьми себя в руки, иди домой, попей витамины и успокойся.

Прошел год, Профессор посвежел. Время и ежедневные прогулки на пустыре, делали свое дело. Вася превратился в огромного саблезубого коня белой масти, но с очень добрым нравом. Виктор Семенович ежедневно приходит с ним на работу, а уже в институте освобождает от намордника, величиной с корзину для бумаг. Пес целый день послушно сидит на кафедре и улыбается тому, кто угостит печенькой…

Однажды в кабинет профессора вошла большая группа студентов, они, понурив головы, помычали, потрепали за ухом Васю, а потом признались, что хотели как лучше и извинились за кепку. Не было никакой амнезии – это они купили Васю в элитном питомнике, заказали табличку на ошейник, подговорили дворников, но, главное, еще перед рождением щенка, украли на кафедре старую кепку Виктора Семеновича. На этой самой кепке мама родила и вскормила Васю, поэтому он так полюбил своего хозяина, еще задолго до их первой, исторической встречи у подъезда…

ЛЕСНОЙ МАГАЗИН
storyofgrubas

"Самое худшее в старости – выслушивать советы своих же детей"



Время неумолимо. Даже такой  мудрый и прожженный дед, как бывший КГБ-ешник Юрий Тарасович, и тот безнадежно отстал от жизни и «буксует» там, где и пятилетнему ребенку все ясно. 

Сегодня днем звонит:

- Привет, нужно с тобой посоветоваться по определенной ситуации.

- Здравствуйте, Юрий Тарасович, как ваше здоровье?

- Да, все нормально. Ты слушай, что я тебе расскажу. Сейчас, как всегда, я  вышел прогуляться по лесу. У нас тут погода мерзкая – противный дождь со снегом. Смотрю, далеко в чаще  машина стоит. Хорошая машина, дорогая. Рядом мужик со столиком расположился, торгует чем-то. Подхожу ближе, поздоровался, смотрю, у него на столе куча спичечных коробков. Каких только нет, и наши и иностранного производства, даже старые советские, те что по копейке были. И не в картонных коробках, а в фанерных еще. Помнишь такие? Кроме спичек у него там всякие зажигалки разложены, огниво, кресало и все в таком же духе. Завел я с ним разговор о том, о сем и как бы между прочим интересуюсь, мол,  как торговля идет? Он усмехнулся, говорит – да, как то слабо сегодня, погода не та, покупателей нет. 

Read more...Collapse )

КОРМИЛЕЦ
storyofgrubas
"У многих катание на коньках производит одышку и трясение."
К.Прутков.


Я сидел на скамейке, отгонял газеткой комаров и наблюдал  как мой велосипедист нарезал круги по парку.
Рядом, пулями носились стайки разнокалиберных роллеров.
Одна мама с дочкой, даже доверили мне кроссовки покараулить и тоже улетели вдаль на полусогнутых.
И тут я увидел эту странную «пулю» на излете, которая вот-вот должна была упасть. И действительно, она по-чаплински, отчаянно побарахталась в воздухе и больно упала копчиком на асфальт.
Странность этой «пули» заключалась не в ее внешнем виде (мужик азиатской внешности, лет тридцати, в пиджаке надетом поверх свитера, и с большой сумкой в руках) и даже не в том, что человек абсолютно не умел держаться на роликах, главное - он всем сердцем, всей душой ненавидел это свое катание, но ехал, падал, охал, сдавленно матерился, вставал и двигался дальше, чтобы опять катастрофически обрушиться через два с половиной метра.
На это катание было больно смотреть.
Наконец он упал так, что был слышен легкий биллиардный стук головы об асфальт, мужик схватился за затылок, прошипел несколько узбекских слов, знакомых мне по Советской Армии, снял с одной ноги роликовый ботинок и с силой швырнул его в кусты…
Я уже был не в силах выносить это жестокое ролико-харакировое зрелище, собрал вверенные мне кроссовки и направился к несчастному мужику.
Он беззвучно плакал, все так же сидя на асфальте, а мимо проносились смешливые роликовые «пули», оставляя после себя обрывки фраз:
- Мама, дядя упал.
- Смотри на дорогу, а то сама…

Я влез в кусты и принес мужику его роликовый ботинок, бедолага посмотрел на него с нескрываемой ненавистью, но все же надел, поблагодарил и мы разговорились.
Звали его Яша, он наполовину казах, наполовину русский. Яша рассказал, что его семью (жену, двоих детей и маму) выжили из Ташкента и они сидят сейчас где-то в Подмосковной деревне и ждут от своего кормильца кусок хлеба.
А кормильца, тем временем, выгнали со стройки, не заплатив за два месяца ни копейки, и он пустился в страшную авантюру: на все последние деньги купил себе самые дешевые ролики и теперь отбивает на них копчик, почки и мозги.

   Я не великий учитель катания на роликовых коньках, но как мог поддержал бедного Яшу:
- Не тушуйся и помни, ты научишься гораздо быстрее, чем учились все роллеры этого парка, ведь тебе больше всех надо…

Потом я рассказал ему, как когда-то и сам всю ночь с мокрой спиной ездил по двору, чтобы хоть чуть-чуть научиться водить машину, ведь утром мне предстояло одному отправиться в далекое-далекое путешествие…
А, у Яши, до девяти утра, в запасе не одна ночь, а целых полдня и еще вся ночь. Должен успеть, обязан, ведь семья надеется на него, своего защитника и кормильца.
Приободренный Яша доверил мне свою сумку, пиджак, и дело у него пошло чуть лучше, он стал падать пореже, только метров через десять, не чаще, но вот, с торможением и поворотами, конечно была беда…

… С тех пор прошло месяца два, и вот вчера в гипермаркете в меня на дикой скорости прилетело что-то большое, но в миллиметре от неизбежного столкновения остановилось как вкопанное. Я даже инстинктивно прикрыл голову.
Это был улыбающийся Яша на роликовых коньках, в фирменной магазинной майке и с картонной коробкой в руках.
До сих пор удивляюсь – И как это он меня узнал в толпе?

Яша протянул мне руку, сказал, что тогда в парке, он всю ночь катался под фонарем, побился весь, но до утра успел научится сносно держаться за воздух  и его одного из целой толпы отобрали на эту работу.
   Так же стремительно, как и появился, Яша улетел в даль, с легкостью птицы, лавируя между людьми. Было заметно, что от катания на роликах он стал получать нескрываемое удовольствие…




<br>

БАБУШКА ШУРА
storyofgrubas
"Что может быть унизительнее для предавшего, чем сознание того, что его предательством не сумели, как следует, воспользоваться"

Дедушка Вася, до самого последнего дня носил эту историю в себе, но перед смертью все же решил поделился с моей мамой, которая ухаживала за ним.
Они целыми днями вспоминали бабушку, скончавшуюся месяц назад, так вот, слово – за слово, дед и рассказал.
История эта началась летом 41-го.
Война бабахнула, когда бабушка Шура с детьми гостила в маленькой деревушке Ровенской области, у тетки Татьяны – старшей сестры моего деда.
Дедушка Вася был тогда авиаинженером и срочно готовил завод к эвакуации на восток, но с каждым днем война все ближе и ближе подбиралась к жене с детками, а убежать им самим не было никакой возможности. Все поезда и грузовики были заняты эвакуацией ответственных товарищей и их грузов, да и дети очень уж мелкие: старшей - пять, а младшему (моему папе) - всего полтора годика. Только и оставалось им, что сидеть и ждать отца – папа приедет, папа спасет…
Дед, как сумасшедший бегал по начальству, выпрашивая три дня, чтобы успеть съездить забрать семью, пока еще в село не пришли немцы, ведь его жена была не просто Шурой, по паспорту-то она Сара Давидовна Эдельман и к немцам ей, ну никак нельзя…
Наконец ему разрешили, но оказалось - поздно.
Из Киева пришлось пробираться сквозь бомбежки и в селе  уже были немцы, но несмотря ни на что, дед дошел, чтобы разделить судьбу своей семьи…

Прошел месяц оккупации, прошел второй.
Местные жители – вчерашние колхозники, почти поголовно были уверены, что Сталина повесили, линия фронта давно уже за Уральским хребтом, Советская власть приказала долго жить, и немцы – это навсегда.
Вот однажды вечером в дверь постучали – это были двое полицаев из местных.
Не дав ни минутки на сборы, они увели бабушку Шуру в неизвестном направлении.
Детишки завыли, цепляясь за маму, а дедова сестра, вдруг, абсолютно спокойно и буднично призналась, что это она сдала Шуру немцам, мол, хата и так маленькая, а тут еще эту жидовку кормить. Не переживай, Вася, найдем мы тебе новую жену, получше, с хатой и коровой…
Дед выскочил на улицу и побежал за арестованной женой прямо в местную управу, но внутрь его не впустили, и дед остался ждать у дверей.
Стоял он как памятник и просто плакал…
Что происходило с бабушкой тогда, в управе, знают только: Бог, немцы и сама бабушка Шура, но она даже дедушке ни о чем не рассказывала.
Им повезло: то ли, от того, что бабушка сносно  разговаривала на немецком (она всю жизнь в школе преподавала немецкий), то ли от того, что во всем штабе был один – единственный немецкий офицерик, да и тот не эсэсовец, но так или иначе, в конце концов, спустя бесконечные три дня и три ночи, мою бабушку – Сару Давидовну Эдельман, почему-то выпустили  к стоящему на улице дедушке…

Тетка Татьяна, снова увидев бабушку, очень удивилась, расстроилась и сказала:
- Що то за таки нимци, яки видпустылы жыву жыдивку?
Якщо я ще раз тэбэ тут побачу, то тэбэ знову забэруть и тоди вжэ нэ видпустять…

Вася и Шура наскоро собрались и пошли далеко за поле, где стояла старенькая сторожевая будка, размером два - на полтора, а детей тетка разрешила оставить у себя, ведь в той будке не было даже печки. Сердечная женщина…
Вот так, Вася и Шура всю оккупацию и пересидели, как два Робинзона в дырявой будке. В голоде и холоде, зато вместе. Через день, дед ходил в деревню к деткам и скрипя зубами, помогал сестре по хозяйству…

…С тех жутких времен прошло тридцать лет.
Я уже успел родиться и даже почти дорасти до школы и вот наступил день, когда я в первый и в последний раз увидел тетку Татьяну.
Мама привела меня к бабушке и уже собралась, было бежать на работу, как вдруг раздался деликатный стук, открылась дверь и на пороге показалась благообразная старушка в цветастом платке и чемоданом в руке. Дедушки, слава Богу,  тогда дома не было.
Я до сих пор не могу понять: ну что нужно иметь в голове, чтобы после всего того, что было, вот так запросто приехать и сладким голоском сказать:
- Здравствуй Шура, я к вам всего на пару дней. Хочу по магазинам походить, внуков к школе приготовить…
Бабушка, не произнесла ни слова, только  молча взяла теткин чемодан, подошла с ним к открытому окну и так же без слов и эмоций, уронила его с третьего этажа…
Внизу во дворе раздался жуткий грохот, но тетка Татьяна, даже не ойкнула, а на удивление спокойно развернулась и вышла.
Я помню, очень поразился и никак не мог поверить своим глазам, я ведь никогда раньше не видел, чтобы взрослые так нелогично и противоестественно поступали. Произошедшее было в тысячу раз страшнее самого лютого скандала с криками и мордобоем...
Моя мама была ошарашена не меньше моего, ведь тогда она еще не знала – с какой "цепи сорвалась" наша бабушка…
Мама вышла на улицу, помогла тетке Татьяне собрать разлетевшийся чемодан с разбитым вишневым вареньем, поймала такси и повезла ее к нам домой.
По дороге мама спросила:
- Что это с бабушкой такое? С ума, что ли она сошла?
Тетка Татьяна только махнула рукой и грустно ответила:
- Та, ну, однэ слово – жыдивка…




НОВЕНЬКИЙ
storyofgrubas
«Отыщи всему начало, и ты многое поймешь»
(Козьма Прутков)


Мой друг Дима – классный кинооператор, а в прошлой жизни - пилот гражданской авиации, рассказал вчера вот такую нехитрую, но довольно  неожиданную и к тому же весьма поучительную историю своей далекой юности и не только юности:

Когда я учился на третьем курсе, к нам в группу перевели странного курсанта, то ли из Питерского, то ли из Ульяновского летного училища.
С нами, новенький, держался подчеркнуто отстраненно, да и мы к нему в друзья не лезли, по всему чувствовалось, что за этим курсантом имелась какая-то очень мохнатая лапа. Все преподы и даже начальник училища, при встрече здоровались с ним за руку, а некоторые даже перешли на «ты», хотя этот чувачок, был таким дубовым, что любого из нас давно бы вышибли за такие знания. одним словом - "мажор".
На занятиях его вообще не спрашивали, зато он иногда брякал такими глупыми вопросами, что даже смеяться над ними было неудобно.
Хотя, если он там у себя учился так же расслабленно, то – это совсем не удивительно.
Этот новенький, мог целую неделю прогуливать занятия, потом вдруг появлялся: - «Здрасьте, а вот и я», а преподы даже ни полслова: - «Заходите, садитесь пожалуйста, надевайте наушники…»

Всякую аэродинамику, математику, «начерталку» и даже «физо», новенький не посетил ни разу.
Ходил только на английский, на тренажеры и на практические занятия. Все.
Мы за глаза называли его «вольным слушателем» или «вечным студентом» Вечным студентом - за возраст. Возраст как раз и сбивал с толку больше всего.
Высоких покровителей, из-за которых новенького тянули за уши и не отчисляли, еще можно было себе представить, но то, что на вид вечному студенту было под тридцатник – это действительно было странно.
Что же он, после школы пролежал десять лет на диване, потом вдруг спохватился и закатил истерику своему недосягаемому мохнатому отцу: - «Па-а-а-а-па, я хочу быть ле-е-е-е-тчиком!!!» Так что ли?

Короче – мы его не трогали и при нем не болтали лишнего и он тоже, в свою очередь смотрел сквозь нас…
Так проучившись с горем пополам месяца четыре,  в один прекрасный день, новенький  неожиданно исчез так же, как и появился.
Наш препод подтвердил, что вечного студента, слава Богу, с глаз долой и из сердца вон, перевели наконец, обратно в его училище.
А мы особо и не горевали и тут же вычеркнули его из памяти, даже имя забыли…

С тех пор прошло много лет.
Я давно уже стал пилотом первого класса и командиром экипажа, летал из Сибири в Москву и обратно.

Вот однажды – иду по своему салону, смотрю – он. Постарел, поседел, пополнел, но точно – он - наш вечный студент.
Улыбаюсь, говорю:
- Не узнаешь однокашника?
- Он не сразу, но все-таки угадал меня и неожиданно обрадовался, как родному.
Я только тогда выяснил, что зовут его Гриша.
И мне до жути захотелось узнать – где он и что? Закончил ли училище, или правда все-таки восторжествовала и его «выперли» за хвосты и профнепригодность?
Спрашиваю:
- А что, Григорий, летаешь, или как?
- Да нет, уже отлетался, я в отставке. Списали по ранению.


И  тут он как начал рассказывать - у меня челюсть отвисла.
Оказалось, что он еще тогда, в нашем училище, был целым майором спецподразделения…
Я затащил Гришу в кабину и мы выпили  минералки за встречу.

Гриша не только не стал летчиком, но даже и не собирался им становиться.
Все, чему он научился в летном училище – это говорить правильные слова, дергать тумблерочками, да выруливать на взлетную полосу.
А вот садиться и взлетать Гриша не умеет, но зато он умеет в замкнутом пространстве переполненного самолета, в течение двух секунд, определять людей с оружием и молниеносно штамповать  в  их головах  контрольные дырочки…
   Изначально, Гришино руководство поставило перед ним  простую задачу: немного подучиться в летном училище, чтобы в нужный момент, когда террористы потребуют новый экипаж, было кому  правдоподобно изобразить из себя до смерти перепуганного летчика.
И однажды, он с этой ролью вполне неплохо справился, настолько неплохо, что даже остался в живых…


<br>

1 ДОЛЛАР
storyofgrubas
"Старую птицу приманкой не проведешь"
(Из орнитологической книги о приманках)


Когда я вручал сыну денюжку на школьные обеды, он мельком заметил в моем кошелечке один доллар, который хранился там годами для красоты и для «расплода».
Юра заинтересовался купюрой, пощупал, почитал надписи и без особого труда выпросил бумаженцию себе.
Я сказал, что, ему осталось заработать еще 999 999 таких бумажек, тогда  он станет долларовым миллионером…

И тут мне вдруг вспомнилась одна давняя история из моей тревожной, студенческой молодости:

1991 год.
Питер.
(холодно было – наверное зима)

Дикий голод не дал уснуть, а на ночь глядя, погнал меня  из общаги   в круглосуточный гастроном.
Хоть из покупателей в магазине оказался один только я, но там было достаточно многолюдно: несколько продавцов, друзья и подруги охранников, всего - около десяти человек. Они разговаривали, пили пиво и вглядывались в маленький черно-белый телевизор.

Я подошел к этой веселой компании и попросил батон хлеба и пачку макарон. От группы откололся мужик, пошел к кассе, по дороге наполнил пакет всем необходимым  и протянул мне, объявив цену – около ста рублей.
Как на зло, денег у меня не было ни копейки, зато, на такой критический случай, в кошельке бережно хранился заветный доллар, его-то я со вздохом  и положил на прилавок (повезло продавцу...)

В те времена наши люди в баксах понимали гораздо больше, чем в стремительно-меняющихся инфляционных рублях и любая советская бабушка, продающая семечки, знала, как и где щупать воротники у президентов, так, что - это было вполне обычное и взаимовыгодное предложение.

Но почему-то продавец – седой мужик лет сорока, посмотрел на мой новенький доллар, покачал головой и сказал:
- Извините, нет. Вы должны заплатить рублями.

Тут вся компания услышала наш разговор, притихла и вдруг невпопад, как по команде начала дико ржать (не смеялся только седой продавец)

Мне их всеобщий гогот не очень понравился, я незаметно оглядел свой внешний вид, не обнаружил ничего криминального и продолжил торговлю:
- Давайте уже берите доллар и мы в расчете, сдачи не надо. По курсу - это ведь почти в два раза больше. Не верите – спросите у своих коллег. Ну что не так?

А коллеги в это время как-то уж очень подозрительно долго ржали не переставая. Кто-то из них смеясь проговорил:
- Бери Серега, не думай. Дело верное и курс отличный: Батон и макароны за доллар – это ништяк, как выгодно. Не упусти свою удачу.

Тут я потихоньку стал выходить из себя и перекрывая смех, крикнул:
- А че вы все ржете!? Курнули!? Разве я сказал, что-нибудь смешное?

Седой продавец глядя на своих друзей тоже чуть заметно улыбнулся и ответил мне:
- Спрячьте свой доллар, я Вас в лицо помню, берите так, а деньги занесете завтра.
Эти кони ржут не над Вами, а над ситуацией. Смех в том, что я два месяца назад освободился из тюрьмы, где за незаконные валютные операции просидел от звонка до звонка - ровно пятнадцать лет. И кстати, в моем деле фигурировала примерно такая же сумма…




ЕГЭ
storyofgrubas
Звукорежиссер Вова, многозначительно предупредил всю редакцию, чтобы никто не ходил в столовую на обед. Будет легкий «проставон»
Мы задергались – на подарок не скидывались, да вроде и не его день рождения. Тогда что?
Собрались, закусили, налили и взволнованный Володя толкнул коротенькую речь:
- Друзья мои, я всех вас собрал, чтобы поделиться радостью – сегодня самый счастливый день в моей жизни. Дочка сдала ЕГЭ на 100 баллов и практически поступила в университет!
Все стали дзенькать рюмками, пить и поздравлять, но я все же вставил своих «13 копеек»:
- Вова, а почему ты решил, что успешная сдача ЕГЭ – это и есть самый главный момент твоей длинной жизни? Вот как по мне, то по гамбургскому счету, самый счастливый момент лично моей жизни, находится где-то между рождением сына, новостью, что операция у мамы прошла успешно и звонком в родную дверь после двухлетней беготни за танками…

Вова всем налил, призадумался и ответил:
- А ведь и, правда, все эти «Бабы – ЕГЭ» просто страшилки и тараканьи бега. Штука важная, но не самая главная в жизни. По эмоциям и счастью, тот же дембель будет куда покруче.
Давайте тогда выпьем за самый счастливый момент жизни каждого из нас.
Выпили и каждый, покопавшись в себе, стал рассказывать, про покупку первой квартиры, рождение ребенка и даже получение в Кремле Государственной премии…
Но я не унимался и не отставал от Володи:
Раз мы все пьем твой коньяк и гранатовый сок, то давай все же проясним самый счастливый момент твоей жизни и выпьем за него.
Вова задумался, улыбнулся, поставил рюмку на стол, помялся и рассказал:
- Да, был у меня поворотный момент, когда жизнь из черно-белой превратилась в объемную.
Тут, конечно, ЕГЭ – ХРЕНГЕ и рядом не стояло.
Случился он 31-го декабря 94-го года.
Мы с моей девушкой пришли к подруге, у которой родаки свалили на Новый Год в санаторий и четырехкомнатная хата была полностью в нашем распоряжении.
Кот на крышу – мыши в пляс…
Всего были приглашены пять, или шесть пар, практически не знакомых друг с другом, мы заявились самые последние.
Только вручили хозяйке тортик и шампанское, еще даже не успели, разуться, осмотреться и поздравить всех с наступающим, как вдруг затренькал домофон.
Это были «родаки», которые забыли какую-то сумку и уже поднимались на этаж.
Бедная хозяйка, с перепугу начала всех нас прятать вместе с шубами и ботинками. Кто оказался в шкафу, кто под кроватью, некоторым повезло меньше и они попали на холодный балкон. Застекленный, но все же зима.
Мою девушку стали заталкивать в кладовку под полки с вареньем, но она запищала, что боится темноты и замкнутого пространства. В результате она оказалась за диваном, а меня таки пихнули в эту кладовку.
Только все «мыши» успели «устаканиться» и поймать тишину, вошли родители.
Ничего не заметили. Но и уходить сразу не собирались. Решили посидеть, отдохнуть, попить кофейку, раз уж вернулись, да и поехать не спеша. Время есть, и пробки к вечеру станут пожиже.
У родителей-то время было, а вот было ли оно у парня, который как часовой почетного караула, не шелохнувшись стоял на подоконнике за занавеской – это большой вопрос.
Сижу между холодными банками, прислушиваюсь, вдруг чуть не заорал. Меня что-то потрогало. В кладовке я был не один.
Это «что-то» тоже напугалось моей реакции и спросило женским голосом:
- Ц-ц-ц! Тихо… Здрасьте. С наступающим. А Вы мальчик или девочка?
- Я мальчик. С наступающим. Меня зовут Володя.
- Очень приятно, а я Мария.
Вот это и был самый лучший момент моей жизни.
Мы разговаривали, тихо как мышки смеялись, ели клубничное варенье и щупали лица друг друга, чтобы понять какие они на вид. А потом…
Короче, не важно. Нашли друг друга…
В темной кладовке мы с Машей прожили целую жизнь, как один миг, а по времени – ни много ни мало - два часа, пока родители нашей хозяйки не уехали, наконец, в свой пансионат.
Скрюченные и замерзшие, как пленные немцы под Сталинградом, гости выползали из всех щелей, и сходу устраивали живую, скандальную очередь в туалет.
Вот такая история.
Но поскольку крайности сходятся, то тут же пришлось пройти и через  самый худший момент моей жизни.
Представьте – сижу я со своей девушкой за большим, новогодним столом и во все глаза смотрю на красавицу напротив. Она оказалась еще прекраснее, чем я мог себе представить.
Маша тоже смотрела на меня, не мигая, а в это время ее обнимал и целовал в щечку ее парень – курсант военного училища…
Этого ужаса, я сумел вытерпеть минуты две, потом, даже сам от себя не ожидал - вскочил и заорал:
- А ну убрал от нее свои поганые руки!!!
Естественно - всеобщая немая сцена, суматоха, потом мы с ним слегка потолкались в коридоре.
В конце-концов, часов в десять вечера, я с разбитым носом и Машей в руке, выскочил на улицу…
…И вот теперь, спустя 18 лет, наша дочка Славочка, отлично сдала ЕГЭ. Это не самое главное событие в жизни, но все же - выпить стоит…