Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

УБИЙСТВО СНАЙПЕРА

Я, человек настроения, могу увлечься чем угодно, поверить и помочь любому хорошему человеку. Естественно, предварительно поверив в то, что он хороший.
А вот моя жена, напротив. Информация, всего лишь  из одного источника, для нее пустой звук. Жена моя – человек системный, даже от волка в лесу, она будет убегать согласно тщательно разработанной стратегии. Работа у нее такая, видеть в малом большое и наоборот.
    Ехали мы с женой в такси, я на пассажирском, а жена с ноутбуком на заднем сидении.
Мы с таксистом сразу  душевно разговорились, а жена молча клацала клавиатурой, принимала и отсылала письма по работе.
Таксист оказался очень интересным человеком, полковником в отставке. И не просто полковником, а полковником ГРУ. Побывал он во всех горячих точках, от Афганистана и заканчивая чем-то очень секретным на другом конце земли. Всю службу, начиная с военного училища он был действующим снайпером, а уже под конец карьеры дослужился до начальника снайперской школы.
А работа в такси – это так, не для денег, полковничья пенсия со всеми надбавками за награды и выслугу, совсем не маленькая, около сотни тысяч, но ведь и дома сидеть не охота, а тут, в такси: движение, общение, новые люди.
Полковник рассказывал разные удивительные истории про свою службу и снайперское искусство. Было видно, что человек все еще этим живет. До сих пор коллеги звонят, советуются.
За интересным разговором незаметно пролетела половина дороги и вдруг сзади подала голос моя жена:

- Извините, я тут краем уха услышала, а  что -  вы действительно преподавали в снайперской школе?
- Так точно, и не только преподавал, но и был ее начальником.
- Значит, вы досконально владеете теорией и практикой этого дела?
- Ну, разумеется, а вы хотели что-то узнать по этой теме?
- Да, меня с детства мучил вопрос – что такое деривация?
- Деривация – это, ну, как бы, это такая, такой, м-м-м…

Ничего больше не ответил убитый снайпер, только хвостом по воде плеснул, он ушел в глубокое море и уже не всплывал, аж до самого нашего дома…

ЧЕЛЯБИНСК И ГЛОБУС

Позвонил по скайпу однополчанин Миша из Челябинска.
Так, без всякой цели. А скорее всего, он только что узнал о существовании скайпа и срочно захотел воспользоваться этим знанием.
Мы не были такими уж друзьями, просто сменщиками на боевом дежурстве, не более того, но я сделал вид, что все тридцать три года после дембеля, только и ходил  как кот вокруг ноутбука и ждал, когда наконец позвонит по скайпу Миша.
Оказалось, ждал  не зря. Я никогда не встречал таких людей, только слышал о их существовании, Миша оказался плоскоземельщиком.

- Миша, друг мой, как это с тобой случилось? Ты же в школу, небось ходил, да что там школа, тебя ведь Советская Родина обучила и доверила служить оператором высотомера ПРВ-16, мы ведь карты изучали.
- Я тебе тоже любую карту нарисую. И что? Круглая Земля — это всемирный заговор евреев и тех кто  за ними стоит.
- И давно ты понял, что Земля плоская?
- Очень давно.
- Еще в пятнадцатом веке?
- Вот ты прикалываешься, а ведь если мы начнем с тобой спорить по делу , то ты полюбому не вывезешь. Я тоже, раньше не врубался, но мне мой дядя открыл  глаза.
- Ладно, давай возьмем глобус…
- А давай не будем брать глобус, ведь он никакого отношения к Земле не имеет. Я тоже могу собрать собачью будку и сказать, что это модель нашей Земли. Еще аргументы будут?
- Ну, допустим, но ведь космонавты своими глаза…
- Космонавтам платят достаточно, чтобы они рассказывали тебе то, что ты должен услышать и показывали то, что тебе нужно знать и не более того. Еще?
- Ладно, Хоттабыч, рассказывай как выглядит наша Земля на самом деле. Только поподробней.
- Обыкновенно, огромный диск, типа, как цирковая арена, бортики не дают стекать морям и океанам. С одной стороны диска встает Солнце, пролетает за день над нами и заходит с другой. Вот и все. Что тебе еще рассказать? Все очень просто. И, кстати, ты обрати внимание, что горизонт, люди называют линией горизонта, а не дугой горизонта, как было бы, если бы Земля была шаром. Народ не обманешь.

Мы еще долго спорили, минут сорок и стало понятно, что Миша был готов к любым моим аргументам, ведь подобных баталий у него было явно не мало. Но тут я начал ржать, ну, просто как конь.

- Ты чего ржешь? Я что-то смешное сказал?
- А хочешь,  давай вместе поржем? Мы живем на плоской Земле, ты находишься в Челябинске, а  я сижу в Москве. Так?
- Ну, и?
- Барабанная дробь. У тебя за окном уже полчаса как стемнело, а у меня на балконе, смотри,  все еще день.
- Ну, так свет, э... Свет… Сука... Сука. Сука! Сейчас дядь-Вите позвоню. Пока...

ГОРШОЧЕК, НЕ ВАРИ

Мой приятель, Леша — отец троих детей, узнал, что его сыну – пятикласснику положен продуктовый паек.

Оформил электронный пропуск, узнал часы выдачи продуктов, нацепил новую маску, одноразовыми перчатками взял тележку и побрел к школе. Каких-нибудь два километра и Леша уже стоял у окошка выдачи.

Окно не сразу, но открылось, в нем показалась защищенная от вируса голова и голова сказала:

- Мужчина, подождите, а вы зарегистрировались на нашем сайте?

- Нет, но вот у меня: паспорт, три свидетельства о рождении, справка о том, что мы многодетная семья, пропуск сына в шко…

- Стоп, стоп, стоп — это все, конечно хорошо, но без регистрации никак. Зарегистрируетесь, тогда и подходите.



Леша поблагодарил, присел на школьную скамеечку и при помощи телефона, дыхательных упражнений и флегматичного характера, за каких-то два часа сумел-таки зарегистрироваться.

Опять постучал в окошко, голова очень удивилась, что Леша так быстро смог нагнуть школьный сайт и призналась, что у других на это уходит дня три, а то и четыре.

Потом голова объяснила, что с пайком все равно ничего не получится. Пайков больше нет. Все уже разобрали. Может в следующий раз.

- Как в следующий раз? Барышня, а зачем же вы мне велели регистрироваться? Зачем я как дурак два часа боролся с вашим убогим сайтом, раз все пайки уже разобрали?

- Во первых - я вам не Барышня, а Жанна Ивановна - первый заместитель пайкового министра всей школы, а во вторых – вы слишком поздно зарегистрировались, вот если бы вчера, то другое дело — все бы сегодня получили, а так, побудете в резерве какое-то время, может в будущем когда-нибудь. К тому же карантин не вечен, так что, скорее всего, не в эту пандемию.

- Спасибо, Жанна Ивановна, за помощь, я наверное домой пойду. До свидания.

- Да, идите, всего хорошего.



Вернулся Леша домой, снял перчатки, побрызгал на тележку спиртом, разогнал разочарованных детей, которые поджидали папу с большой сюрпризной коробкой, открыл компьютер и написал подробную "телегу" правительству Москвы.

На следующий день Лешу разбудил телефонный звонок:

- Ало, Здравствуйте – это Жанна Ивановна. Ну, что вы так сразу, Алексей, за горло нас берете?  Вы бы хоть, не важно... Одним словом, приходите хоть сейчас, получите вы свой несчастный паек.

Через час Леша уже привязывал огромную двадцатикилограммовую коробку к своей тележке, а голова в маске высунулась из окошка и грустно сказала:

- Так на всякий случай, чтобы вы знали: из-за вашей кляузы… Короче, это коробка моего сына. Я отняла у него, чтобы отдать вам. Вот так. Кушайте на здоровье.

- Как отняли у сына? Вы ведь первый заместитель пайкового министра всей школы и даже вашему сыну не хватило?

- Вот представьте себе.

- Извините пожалуйста, что плохо о вас подумал, думал, что вы эти коробки, это самое, а вы вот как, даже родному  сыну не дали, чтобы других накормить. Вы знаете, в таком случае, я никак не могу забрать эту коробку. Я еще у детей продукты не отнимал. Вот возьмите его обратно. даже спорить не будем.

Жанна Ивановна особо спорить не стала и коробка провалилась обратно в окно выдачи.

Леша еще раз поблагодарил голову за благородство, извинился и опять налегке ушел домой.

Дома снова разогнал разочарованных детей и написал короткое благодарственное письмо в правительство москвы.
Поблагодарил за оперативное вмешательство в ситуацию и попросил как-нибудь наградить первого заместителя пайкового министра всей нашей школы за благородство. Что мол она, незадумываясь вырвала кусок изо рта своего сына и отдала этот кусок другому ребенку. В школе пайков, оказывается, на один меньше, чем нужно. Непорядок.

   На следующее утро к Леше  во  двор, на белом компрессорном мерседесе, въехала сама Жанна Ивановна.
Она вытащила из багажника коробку и сказала:

- Вот, Алексей, возьмите ваш паек. Представляете, какая радость, оказывается он случайно закатился под шкаф, а сегодня к счастью нашелся.
Слава богу все наши дети теперь с коробками. Только огромная просьба, Алексей, больше не нужно писать кляу...помогать нам. Все ведь уже хорошо, правда ведь?
- Ну, как скажете,  помог чем мог.
- Спасибо огромное, еще раз. Если хотите, я вам сама буду привозить новые пайки, чтобы вы не затруднялись.
- Ну что вы, этого не надо, у меня же есть тележка...

СУББОТНИК

- Алло, Вера Степановна? Это вы? У вас все хорошо? Случилось что-то?
- Здравствуйте, Людмила. Все пока хорошо, тьфу, тьфу, пока не случилось, но может, если мы с вами вовремя не справимся.
- Да что стряслось-то? С чем справимся? Вы меня пугаете, Вера Степановна.
- Не пугайтесь Людмила, глаза боятся, а руки делают. Сегодня директор объявил нам, что в понедельник будет общешкольная проверка министерского уровня и скорее всего придут на открытый урок в наш класс. Людмила, у меня надежда только на вас. В классе более-менее чистота, что могли, то отмыли своими силами, даже занавески постирали, вот только окна. Вы видели какие у нас окна?
- Не помню уже. А что, грязные?
- То-то и оно. Их нужно отмыть и желательно сегодня часиков в семь – восемь. Соберите хотя бы двоих, самых активных мам и одного папу, ведь еще лестницу с первого этажа тащить.
- Но, почему я, да и кого я соберу? В смысле соберу? Да и на работе я. Может быть новых?
- Людочка, солнышко, я ведь не часто вас… а к кому мне еще обратится, как не к многолетнему и самому опытному председателю родительского комитета. Если мы подведем директора, то он… Вы же знаете каким он может быть? Людмила, голубушка, если не можете сегодня после работы, то давайте завтра, в субботу. Не очень рано начнем, чтобы вы все выспались. Часиков в десять. К обеду уже все закончим. А? Ведра есть, вся химия есть, перчатки тоже, даже халаты найдутся. Вот только тряпки не очень. Ну как, Людмила, договорились? Организуете маленький субботник? Не бросайте меня в трудную минуту, одна я никак не справлюсь.
- Ой, Вера Степановна, вобще-то, я завтра собиралась… ну, ладно приду.

Вера Степановна душевно поблагодарила и положила трубку, а Люда крепко задумалась.
Розыгрыш? Скорее всего. Но, какой-то странный, да и классная руководительница Вера Степановна- учитель еще с советских времен и человек без юмора, как ее можно было втравить в какой-то там розыгрыш? Да еще так натурально сыграла. Может завтра в школе намечается маленькая родительская пьянка по поводу. Но, по поводу чего?
Может действительно Вера Степановна дошла до ручки и ей больше некого просить? Ужас. О времена…
На следующий день, утром, когда Людмила в магазине хозтоваров расплачивалась за набор тряпок, она почувствовала себя максимально глупо. Сперва ей хотелось просто загнать Веру Степановну в черный список, чтобы никогда в жизни больше не слышать ее властный и спокойный старушечий голос. Но нужно ведь узнать - что это, черт возьми такое вобще? Да и тряпки, как дура, уже купила, назад дороги не было.

К приходу Людмилы, старая учительница успела убрать со всех подоконников горшки с цветами и даже отодвинуть парты от окон.

- Здравствуйте, Вера Степановна, рада вас видеть.
- Я тоже рада, здравствуйте. А вы что, одна? Мы ведь договаривались, что вас будет как минимум трое.
- Извините, Вера Степановна, но я не умею вот так как вы, просто взять и позвонить. Что я им скажу? Вот, если бы вы сами. Меня и так еле муж отпустил.

Переоделись, закатали рукава, включили громкую музыку и часа за три, вполне неплохо справились, хоть и устали сильно. Особенно с лестницей пришлось повозится, кое-как с первого этажа ее подняли.

Вымотанная Людмила шла из школы домой, а вопрос в голове все торчал колом. На что, а главное зачем она убила целый день своей жизни? Да еще и выходной день. Было до ужаса обидно и жаль себя. Людмила даже не решилась, хоть и готовилась, сказать на прощанье, что все, точка, не звоните мне, мол, больше никогда. Не смогла.

А перед самым домом позвонила встревоженная Вера Степановна и тут же разрыдалась в трубку:

- Простите меня, старую дуру! Простите! Ну, почему вы вчера сразу не сказали? Я знаю, мне давно пора на пенсию, но без работы я долго не протяну, да и в математике у меня склероза пока нет. Ох, дура я дура. Людочка, ваш телефон у меня много лет записан как "родительский комитет- Людмила". Вот и…
- Ничего, не переживайте. Рада была помочь. Обращайтесь, если что.
- Ой, как неудобно получилось. Простите. Я ведь даже не спросила - как ваш, наш, Павлик? Поступил куда?
- Да, все нормально, он первокурсник Мехмата, в том числе, благодаря вам, Вера Степановна…

ОТРЯД

«Как вы яхту назовете, так она и поплывет...»

Уж на что я люблю не зло пошутить над хорошими людьми и зло над плохими, но до уровня Жени, моего институтского друга, мне еще очень и очень далеко. Женя - тролль высочайшего класса, да что там, сам Лепрекон, при встрече чистит Жене башмаки и напрашивается на селфи.
Чтобы было понятно, вот лишь один его братский «подкол»:
Как-то, еще в прошлом веке, заехал я в Питер на денек, с утра переделал все дела, до ночного поезда еще куча времени и я позвонил Женьку, он обрадовался, сказал:

- Братка! Я очень хочу тебя увидеть, но тут такое дело, образовалась денежная халтурка, а халтура, как ты понимаешь, святое дело. Я тут сейчас одну свадьбу веду. Ну, знаешь: шарады, розыгрыши, конкурсы, тосты за родителей, игра – попади в кольцо и вся вот эта хрень. Но, ты не тушуйся, приезжай, я тут тебя накормлю, напою перед поездом, заодно и поболтаем между конкурсами.
- Ну, я даже не знаю. Неудобно как-то. А что за свадьба? Что за люди? Не нагонят меня?
- Да, что за люди, обычное жлобье, надеюсь с оплатой не "кинут", но хавки и пойла у них на всех хватит. Приезжай, это как раз недалеко от Московского вокзала. Давай, не думай, мы ведь лет десять не виделись. Когда еще получится?

Делать было нечего, я прибыл, мы обнялись. Женя вручил мне стойку с радио-микрофоном и, озираясь, сказал:
- Бери ее и таскай за мной, я всех предупредил, что ты мой технический помощник, так что не нагонят, не боись, а по ходу пьесы и поболтаем.

И я таскал за ним эту дурацкую стойку, мы хихикали и расспрашивали друг друга о жизни. Иногда Женя выходил на сцену и толкал какие-то милые тосты, гости были вполне довольны. Так продолжалось, наверное, полчаса, не меньше, как вдруг, Женя предложил всем налить до краев и выпить до дна, за своего лучшего, институтского друга, вот этого, со стойкой в руках, за меня. От удивления я выкатил глаза и закашлялся и только тогда, до меня дошло, что это была Женькина свадьба.
     Но сама история не о нем, а о том, что у Жени с тех пор родился и вырос сынок Антоша – пухлый пятиклассник.
Так вот он, не напрягаясь, очень скоро заткнет за пояс своего веселого папашу.
Женя приезжал ко мне в гости и рассказал про сыночка вот такую историю:

- Мой Антоха, не смотря на то, что совсем не умеет драться, очкарик, да еще и толстячок, но в школьной иерархии котируется очень высоко, а ведь у них в классе бандит на бандите и все хотят с ним дружить. Все дело в том, что у парня лихо «подвешена метла», даже удивительно. Вот, хоть последний пример: есть у них классный руководитель – тупой качок, лет тридцати и по совместительству историк. Он проходу Антохе не дает, потому, что Антон никогда за словом в карман не лезет, спорит на уроках, задает неудобные исторические вопросы, но все обычно заканчивается двойкой и главным аргументом историка: «Вот тебе двойка, потому, что я учитель истории, а ты малолетнее говно». Короче, война у них, хотя Антон знает историю лучше всех в классе..
Я не влезаю, говорю – на то она и школа, чтобы набивать шишки и учится держать удар. Тренируйся, в жизни пригодится. Когда еще страдать юношеским максимализмом, как не в двенадцать лет?
А тут недавно город нагнул район, район нагнул нашу директрису, а директриса явилась на классный час и нагнула историка, чтобы тот немедленно организовал из нашего класса военно-патриотический отряд. Чтобы бегать с военной целью по лесам, сверяться с военным компасом, заниматься военным альпинизмом и разбирать военный автомат.
И историк тут же рьяно взялся за дело: достал из подсобки военную пилотку и сказал:

– Самое главное в отряде - это знамя и название. Со знаменем решим потом, а имя выберем прямо сейчас. Пусть каждый придумает и напишет на отдельной бумажке название для нашего отряда, чем больше – тем лучше, а мы обсудим и проголосуем.
Директриса с задней парты довольно кивала. Историк пустил пилотку по рядам и она быстро наполнилась маленькими записочками. Мой Антон вбросил сразу три.
Классный стал перебирать и обсуждать варианты, но скоро остановился на названии «Викинг»:

- Очень хорошее название, звучит. Только я бы предложил не «Викинг», а «Викинги» нас ведь много.

Ребята почти единогласно проголосовали – «за».
Антон выдержал паузу и поднял руку:

- Геннадий Петрович, название «Викинги», действительно очень хорошее, но мы не можем так назвать наш военно-патриотический отряд.
- Что, Бергер, опять решил поумничать? И тебя даже не смущает, что на уроке присутствует директор школы? Чем тебе не нравится название? Все! Сядь! Мы уже проголосовали – это называется демократия.
- Я ничего не имею против демократии, но дело в том, что в нацистской Германии, одна из дивизий СС, как раз называлась «Викинг». Геннадий Петрович, а вы точно исторический факультет заканчивали?

Историк позеленел, но сделал вид, что ничего не произошло и стал вынимать новые бумажки из пилотки. Через какое-то время попалось название «Империя». Он хотел добавить «Российская» но вовремя спохватился, что это как-то слишком царизмом попахивает, да и два слова в названии это многовато.
Ну, так тому и быть, проголосовали за «Империю»
Антоха опять выждал момент, опять поднял руку и сказал:

- «Империя» тоже не годится.
- Сядь, Бергер, ты достал! Я сам решу, что годится, а что – нет!

Потом подумал и спросил:

- А почему это - «не годится»?
- Потому, что еще одна дивизия СС называлась как раз «Империя» по-немецки - «Дас Райх». И, кстати, Геннадий Петрович, если в пилотке вдруг будут варианты «Мертвая голова», или «Адольф Гитлер» то они нам тоже не подойдут, потому, что такие дивизии СС тоже были.

Директриса неспеша вышла из класса, по пути наградив историка испепеляющим взглядом.
В итоге, отряд назвали простенько и со вкусом – «Стрела»
А вот третий вариант Антона, историк даже на голосование ставить не стал, только сказал:

- Ну - это сразу нет. Название совсем не военное. Вы ведь уже взрослые ребята, а тут какой-то «Эдельвейс», ну, просто детский сад - штаны на лямках…

ПУТЕШЕСТВЕННИК ВО ВРЕМЕНИ

Маленький канцелярский магазинчик.
Я стоял в очереди в ожидании продавщицы, которая в подсобке дралась с пустыми картонными коробками.
Вся очередь состояла из меня и маленького загорелого школьника, стоящего позади.
Чуть позже к школьнику присоединился одноклассник. Они не виделись полжизни – почти целое лето и горячо обсуждали; самолеты, подводные маски, соленые волны и новые игрушки.
Я взял с прилавка ручку, попробовал что-то написать и неожиданно ее подбросил. Ручка ловко сделав сальто, вернулась ровно в ту же позицию и продолжила писать.
Ребятишки заметили трюк и оживились. Ручка опять оторвалась от писания и на этот раз совершив уже два оборота в воздухе, влетела ко мне в руку и снова продолжила писанину.
Парни сказали: «Ух ты!»
Я улыбнулся и протянул одному из них ручку. Тот попробовал подбросить, но, конечно же, пока ловил, отфутболил ее в угол магазина. Хорошо, что продавщица была занята борьбой и не заметила.
Когда-то в школе, сидя на задней парте, я; часами, днями и годами отрабатывал этот трюк и руки еще помнили.
Потом я достал из кармана свой счастливый серебряный, николаевский рубль, положил его на указательный палец, поднес к самым глазам зрителей, щелкнул второй рукой и монета моментально исчезла. Исчезла без звона и дыма. В руках ее тоже не было.
И этот фокус я довел до совершенства еще в школе. Все же, оказывается, не зря я в школу ходил.

Парни выпучили глаза, разинули рты и тот, что помельче, спросил:

- Дядя, а вы фокусник?
- Нет, фокусники в цирке выступают, а я путешественник во времени.
- Ага, ну да, путешественник.
- Все еще не верите?
- Не-а.
- Парни, а вы читать умеете?
- Конечно, мы ведь уже в третьем классе.
- Ты что? Мы не в третьем, а только перешли в третий.
- А, так вы совсем большие ребята и вам уже можно показать кое-что из будущего?
- Да, можно! Можно! Покажите.
- Ладно, тогда следите за моими руками. В правой руке ничего нет?
- Нет.
- А в левой?
- Тоже ничего.

Я медленно полез во внутренний карман куртки и так же медленно и загадочно достал обычный затертый паспорт:

- Что у меня в руке?
- Паспорт!
- Да – это он. Знакомься - твой паспорт из далекого будущего. Не веришь? Тогда назови свою фамилию.
- Зачем?
- Ну, ты ведь хотел увидеть «фокус» настоящего путешественника во времени?
- Паренек кивнул и, немного стесняясь, тихо назвал свою фамилию.
- Я сразу ее не расслышал и переспросил.

Хлопец повторил.
Я  кивнул, совершил вокруг паспорта несколько волшебных пассов, медленно открыл первую страницу, прикрывая фотографию и строго сказал:

- Свою фотку из будущего тебе видеть нельзя, но, так уж и быть,  можешь прочитать, если правда умеешь.
- Паренек громко, по слогам прочитал свою фамилию в паспорте. Второй не поверил, попросил показать поближе, но тоже прочитал фамилию товарища и сказал:
- Оба! Капец! Точно! Это же твой паспорт! Дядя, а можете мне мой паспорт показать?
- Конечно могу. Я все могу.

Из подсобки вернулась продавщица, я купил пачку бумаги, посетовал на нехватку времени, сказал парням, что срочно должен вернуться обратно в будущее, ведь туда отправилась моя счастливая монетка. На этих словах я покинул магазин.
   Думаю, что они еще очень долго будут вспоминать меня и думать: что это было?
И с каждым годом вопросов у них будет все больше и больше, а ответов не прибавится. Зато, так и жить интереснее.
Разве нет?

P.S.

Очень бы не хотелось выдавать секрет устройства своей машины времени, но куда деваться? Даже самая мудреная машина времени  сделана из простых резисторов, конденсаторов и медной проволоки.
    Вначале, когда нас в очереди было всего двое; я и новоиспеченный третьеклассник, в магазин вошел его приятель и громко назвал мою фамилию. Я даже дернулся от неожиданности, как будто бы меня вызвали к доске.

- Кого я вижу, привет, как дела? Где был летом?

Ну, скажите - мог ли я не развлечь своего загорелого однофамильца и его товарища...?

НЕТ ТЕЛА – НЕТ ДЕЛА

Декан почти до самого утра не мог успокоится. Он бегал по лагерю и  кричал, грозился отчислить всех немедленно, потом схватил несчастные джинсы со свитером и со всего маху, с хрустом, насадил их на кол деревянного забора. И только тогда декан немного пришел в себя и вспомнил, что он все-таки декан серьезного факультета, сел в свой «Жигуль» и уехал обратно в Ленинград. Больше в колхозе мы его не видели.
   А дело было вот как: шел 90-й год, мы – только поступили на первый курс и, как тогда водилось, на месяц поехали в колхоз на картошку.
Естественно: отсутствие родителей, молодость помноженная на свежий воздух, песни под гитару, брали свое и среди нас образовались устойчивые и не очень, влюбленные парочки. Но была одна трудность – негде, ведь  лес, ночного, дождливого сентября в Ленинградской области, не особо-то и располагал. Во всем нашем лагере имелось только четыре помещения с дверями и крышей: казарма женская, казарма мужская, баня и столовая. Казармы сразу отметались, все же мы были только первокурсниками. Столовая на ночь закрывалась замком, величиной с клоунскую гирю, так что оставалась баня, вернее парилка в ней. Кто-то приделал изнутри парилки дверной крючок и стало вполне комфортно и безопасно заниматься там глупостями.
Единственная трудность – это очередь, которая составлялась, чуть ли не на неделю вперед, все же народу двести человек без малого и у всех примерно те же цели и задачи.
И вот одной холодной ночью, случилось страшное, то чего все боялись, но в действительности никак не ожидали - примчался великий и опасный Борис Иваныч - декан нашего факультета.
Он, видимо и сам когда-то был студентом, поэтому сразу смекнул и бросился в баню, чтобы поймать там кого-то на горячем (в переносном смысле) и конечно выгнать аморальную парочку из комсомола, а как следствие и из института.
Естественно, что в это время в парилке кто-то ойкал и двигал предметы, а на лавке в предбаннике валялись мужские и женские вещички.
Декан злорадно заржал, стал дергать закрытую дверь и объявил тем, кто внутри, что им уже ничего не поможет и ждет их торжественное отчисление. Пора бы открыть дверь, одеваться, собирать чемоданы и к чертовой матери выметаться из лагеря.
Через десять минут вышел наконец абсолютно голый парень в очках, но дверь за ним сразу же закрылась на крючок.
Борис Иваныч выяснил фамилию парня, кафедру и ехидно поинтересовался:

- А что же ты там делал среди ночи?
- Мы… это, мылся.
- Правда? А с кем это ты мылся?

При этом декан брезгливо, двумя пальцами поднял с лавки женские джинсы и свитер.

Парень молчал, опустив голову, а за дверью парилки послышались тихие женские всхлипывания.
Вдруг в предбаннике стало очень тесно – это пришли наши девушки в грязных рабочих телогрейках и резиновых сапогах. Одна из них официально и строго сказала:

- Здравствуйте, Борис Иванович, я секретарь комсомольской организации лагеря. Что тут произошло?
Декан начал объяснять, но комсорг его перебила:

- Как это не хочет выходить? Да мы сами ее оттуда вытащим! Я тоже считаю, что таким не место в комсомоле и в нашем институте, а ну, отойдите пожалуйста, вы же все-таки мужчина, дальше мы сами.

Декан послушно отошел на два шага в сторону и с интересом стал наблюдать, как будут выводить голую, пока еще комсомолку.
Девушки поскреблись в дверь и дверь неожиданно приоткрылась. Тут же в парилку ринулось человек десять комсомолок, или около того.
Через полминуты из парилки вышли человек десять комсомолок, или около того (ну кто их там считал? Главное, что все в телогрейках и в резиновых сапогах) и комсомольский секретарь растерянно произнесла:

- Странно, Борис Иванович, в парилке никого нет. Может и не было никого? Сами посмотрите.

Вот тут-то декан и слетел с катушек и отомстил  «ничейным» джинсам и свитеру…

НА ЗАДНЕЙ ПАРТЕ

1975-й год, весна.
Город Львов.
Мы - повидавшие жизнь, октябрята, заканчивали свой первый класс, дело подходило к 9-му мая и учительница сказала:

- Дети, поднимите руки у кого дедушки и бабушки воевали.

Руки подняли почти все.

- Так, хорошо, опустите пожалуйста. А теперь поднимите руки, у кого воевавшие бабушки и дедушки живут не в селе, а во Львове и смогут на День Победы прийти в школу, чтобы рассказать нам о войне?

Рук оказалось поменьше, выбор учительницы пал на Борькиного деда, его и решили позвать.

И вот, наступил тот день.
Боря не подкачал, привел в школу не одного, а сразу двоих своих дедов и даже бабушку в придачу. Перед началом, смущенные вниманием седые старики обступили внука и стали заботливо поправлять ему воротничок и чубчик, а Боря гордо смотрел по сторонам и наслаждался триумфом. Но вот гости сняли плащи и все мы увидели, что у одного из дедов (того, который с палочкой), столько наград, что цвет его пиджака можно было определить только со спины. Да что там говорить, он был Героем Советского Союза. Второй Борькин дед нас немного разочаровал, как, впрочем и бабушка, у них не было ни одной, даже самой маленькой медальки.
   Героя – орденоносца посадили на стул у классной доски, а второго деда и бабушку на самую заднюю парту. На детской парте они смотрелись несколько нелепо, но вполне втиснулись.
В самом начале, всем троим учительница вручила по букетику гвоздик, мы поаплодировали и стали внимательно слушать главного героя.
Дед оказался летчиком и воевал с 41-го и почти до самой победы, аж пока не списали по ранению. Много лет прошло, но я все еще помню какие-то обрывки его рассказа. Как же это было вкусно и с юмором. Одна его фраза чего стоит, я и теперь иногда вспоминаю ее к месту и не к месту: «Иду я над морем, погода - дрянь, сплошной туман, но настроение мое отличное, ведь я уверен, что топлива до берега должно хватить. Ну, даже если и не хватит, то совсем чуть-чуть…»
При этом, разговаривал он с нами на равных, как со старыми приятелями. Никаких «сверху вниз». И каждый из нас начинал чувствовать, что и сам немножечко становился Героем Советского Союза и был уверен, что если нас сейчас запихнуть в кабину истребителя, то мы, уж как-нибудь справимся, не пропадем.
  Класс замер и слушал, слушал и почти не дышал, представляя, что где-то далеко под нами проплывают Кавказские горы в снежных шапках.
Но, вот второй дедушка с бабушкой все портили.
Только геройский дед начинал рассказывать о том, как его подбили в глубоком немецком тылу, так тот, второй дед, вдруг принимался сморкаться и громко всхлипывать. Учительница наливала ему воды из графина и успокаивающе гладила по плечу.
После паузы герой продолжал, но когда он доходил до ранения или госпиталя, тут уж бабушка с задней парты начинала смешно ойкать и причитать.
Мы все переглядывались и старались хихикать незаметно. Уж очень слабенькими и впечатлительными оказались безмедальные бабушка с дедушкой. Ну, да, не всем же быть героями. Некоторым, не то что нечего рассказать, они даже слушать про войну боятся.
  Только недавно, спустя годы, я от Борьки узнал, что те, его - «слабенькие и впечатлительные» бабушка с дедушкой с задней парты, были Борины прабабушка и прадедушка. Они просто пришли в школу поддержать и послушать своего сына-фронтовика, а главное, чтобы потом проводить его домой, а то у него в любой момент могли начаться головные боли и пропасть зрение…



img009

С НЕБЕС

Первоклассница Даша, каждый день ходит в школу с большим ранцем за спиной. Всех детей кто-то провожает и забирает: мамы, папы, старшие братья, бабушки, и только Даша всегда идет одна.
Через пустырь, мимо автостоянки, потом срезает через дворы, еще немного по улице, дальше вдоль забора вечной стройки, мимо стадиона, перешагивает небольшой заборчик,  аллея сада,  и вот она в школе. Из школы тоже одна.
Хотя, по правде говоря, это только со стороны кажется, что девочка идет совсем одна, на самом деле с ней всегда ее ангел хранитель, ее любимый дедушка. Иногда, когда Даша о нем вспоминает, то смотрит куда-то высоко-высоко на небо и знает, что дедушка наблюдает за ней оттуда сверху и не просто наблюдает, а поддерживает. Один раз, около автостоянки путь девочке преградила недружелюбная стая собак, Даша очень испугалась и замерла как вкопанная, но ее любимый дедушка спустился прямо с небес и собачки мигом бросились врассыпную. Вот как хорошо, когда у тебя на небе есть свой ангел хранитель.
Дедушка у Даши всю жизнь проработал на каком-то военном заводе, вышел на пенсию и со временем сильно заболел, даже ноги лишился, так что все время сидел дома. Он физически никак не мог провожать внучку в школу, но очень хотел. Пришлось ему тряхнуть инженерной стариной, назаказывать в интернете кучу китайских деталей и соорудить странноватого вида квадрокоптер, величиной с футбольный мяч.
Ходить дедушка не может, вот и летает под облаками: до школы и обратно, ни на секунду не отрываясь от маленькой, любимой точки внизу…

ВАСЯ И РЕТРОГРАДНАЯ АМНЕЗИЯ

Виктор Семенович – высокий,  вполне еще крепкий, семидесятилетний старик, уже четыре месяца как похоронил жену и учился жить один. Получалось плохо, как будто бы он вообще никогда без нее не жил. Частенько стал разговаривать с самим собой, чтобы получать от себя ценные советы по ведению домашнего хозяйства.
Но, Виктора Семеныча это пока не особо беспокоило, ведь по профессии он психиатр и привык все держать под контролем. От стресса, с людьми еще не то происходит, так что перекинуться парой слов с умным человеком - вполне еще в пределах нормы.
Эх, ему бы детей  с внуками, но детей не нажили, не получилось.
  Как-то воскресным утром, зазвонил телефон и вытащил Виктора Семеныча из теплой ванны. Виктор Семеныч не ждал от этого ничего хорошего, он уже четыре месяца не ждал от жизни ничего хорошего и в своих прогнозах никогда не ошибался.
Звонил дворник-узбек и на узбекско-русском что-то рассказывал.
Это было очень странно и тревожно, ведь никаким дворникам Виктор Семеныч не раздавал своих номеров, он даже имен их не знал, просто здоровался, проходя мимо.
Старик прислушался к смыслу и с трудом выяснил, что дворник нашел какую-то потерявшуюся «белий собачка», увидел на ошейнике номер телефона и позвонил.
Одним словом, они ждут внизу у подъезда. Главная странность заключалась в том, что у Виктора Семеновича ничего похожего на «белий собачка» нет, никогда не было и быть не может, он вообще был противником животных в доме.
Но, спорить старик не стал, ведь без жестикуляции, с узбеком особо-то и не поспоришь.
Нехотя накинул пальто поверх пижамы, на всякий случай сунул в карман перьевую ручку для самообороны,  и вышел из подъезда.
На пороге курили дворники в оранжевых жилетах, а в ногах у них дрожал малюсенький, мокрый от дождя, белый бультерьерчик и с опаской озирался по сторонам.
Но как только песик заметил Виктора Семеновича, он перестал дрожать, громко заскулил и с пробуксовкой кинулся к старику, как утопающий бросается к спасательному кругу. Щенок скакал вокруг пораженного Виктора Семеновича, непременно стараясь запрыгнуть к нему на ручки. В конце концов, песику это удалось.
Дворники заулыбались и сказали: «Узнал хозяина, маладес», подхватили свои лопаты с метлами, попрощались и ушли, а старик с обслюнявленным лицом, остался стоять под моросящим дождем и со странным любвеобильным щенком на руках. На ошейнике действительно была медная пластинка с гравировкой номера телефона и именем: «Виктор Семенович»

- Что делать? А? Куда его? Вот, сука, запачкал лапами новое пальто.
- Ну, теоретически, собака, хоть и полнейшая антисанитария, но для человека в твоем положении, вещь полезная, тем более, этот песик сразу полюбил тебя, как родного сына. Неси его скорей домой, а то простынешь тут после ванны.
- Нет, и думать нечего, нужно срочно его куда-нибудь отнести.
- А куда ты в пижамных штанах и домашних тапочках его понесешь? К тому же на ошейнике телефон и имя хозяина. Твое имя.
- Так-то да, но может это чья та злая шутка?
- А юмор в чем?
- Ну, все равно, его ведь нужно: выгуливать, кастрировать, вязать, развязывать, кормить, лечить, потом еще эти прививки от бешенства, плюс когти подрезать каждый месяц. Разве ты разберешься со всем этим?
- У тебя два высших образования, ничего, справишься, зато ежедневные прогулки на свежем воздухе тебе не повредят, тем более, что когти – это, вроде, у котов.
- Нет, глупости, не смешно даже. Тебе же на лекции почти каждый день. Как ты его дома оставишь? В общем, нужно скорее сдать его в собачий питомник, приют, скотобазу, или как это у них называется?
- Скотобазу? Ну, ну. Посмотри правде в глаза. А вдруг это твой пес, ты завел его, потерял и от того так разволновался, что аж вычеркнул эти события из памяти? В твоем состоянии такое ведь возможно, не зря же тут табличка. И ты, вот так запросто сможешь его выбросить? Подумай, старый идиот, каково будет этому песику, который, кстати, тебя знает и любит, оказаться в непонятном месте, среди совсем чужих людей? Если забыл кличку, зови пока Вася и не выпендривайся, потом вспомнишь. От какого-нибудь синдрома Корсакова еще никто не умирал. Возьми себя в руки, иди домой, попей витамины и успокойся.

Прошел год, Профессор посвежел. Время и ежедневные прогулки на пустыре, делали свое дело. Вася превратился в огромного саблезубого коня белой масти, но с очень добрым нравом. Виктор Семенович ежедневно приходит с ним на работу, а уже в институте освобождает от намордника, величиной с корзину для бумаг. Пес целый день послушно сидит на кафедре и улыбается тому, кто угостит печенькой…

Однажды в кабинет профессора вошла большая группа студентов, они, понурив головы, помычали, потрепали за ухом Васю, а потом признались, что хотели как лучше и извинились за кепку. Не было никакой амнезии – это они купили Васю в элитном питомнике, заказали табличку на ошейник, подговорили дворников, но, главное, еще перед рождением щенка, украли на кафедре старую кепку Виктора Семеновича. На этой самой кепке мама родила и вскормила Васю, поэтому он так полюбил своего хозяина, еще задолго до их первой, исторической встречи у подъезда…